Противостояние Фаусту. Часть первая

– Ее, или чей-то еще, более сильный! – сказала Виен, до этого тихо сидя чуть в стороне от всей компании.

– Виен! И вы туда же! – всплеснул руками Эдгар. – Ольга, милая моя бабуля, умная и образованная! Ты же сама, только что сказала, никогда не сталкивалась с потусторонним. Что, сейчас природа изменилась? Или фантазии прозаиков воплотились?

– Эд! – спокойно начал Николя. – Я тебя понимаю, тебе не хочется верить в то, что никогда не видел, на что не тратил свою жизнь. Но Татти…

– Татти была больна, себялюбива, взбалмошная и развращенная женщина.

 – заявил Эдгар. – Не мудрено, что она раздваивалась в своем сознании! Я понял, – он стукнул себя по лбу, указал на тетради, – вас всех смутило имя Фауста. Дорогие! Что ей, артисточке, могло еще в голову прийти?! Виен, Ольга! Если бы была угроза, уж вы бы знали!

– Ты так говоришь, как будто у меня есть третий глаз! – отозвалась Виен. – Я и слышу лишь мельком. Эд! Я полностью доверяю Ольге. Да нет, я согласна с ней! К нам идет нечто невообразимо ужасное.

– Сын! Ты знаешь, как я отношусь ко всему, потустороннему, но посмотри в окно, может это тебя убедит. – Жан приоткрыл шторы и не отошел, поджидая его.

Эд подошел, смотрел с сарказмом, но постепенно его лицо менялось. За окном, на деревьях сидели черные птицы, усыпав ветки, словно сгнившие и уже почерневшие плоды и листья, а к ним тянулись все новые и новые. Не по одной, даже не стайками, а сворой.

– У них что, слет? – усмехнулся Эдгар.

– Вот это и непонятно.

 – проговорил Жан и положил руку ему на плечо.

– Их было всего десять, – голос Ольги заставил Эдгара вжать шею в плечи, – со дня венчания и до вашего приезда… А за это время, как вы в доме, их выросло втрое. – не вставая с места, сломав вторую сигарету, поясняла Ольга, прикрыв глаза и видя все происходящее за стенами дома, всем своим существом, чувствуя, осязая, каждой клеточкой.

– Мне кажется, уже больше.– тихо сказал Эд, наблюдая как птицы тянутся и тянутся со всех сторон.

Заполнив все деревья, провода, напротив окон, садились прямо на землю, и устремляли свои головы к ним. Не кричали, а «переговаривались». – Прошлое не умирает… – вспомнил он слова Вел, оброненные в день их отъезда.

– Что ты сказал? – Виен, услышав фразу у него в голове, но сказанную слегка иначе.

– «Прошлое не умирает, оно хочет меня за тебя!» Так мне сказала Вел в день нашего отъезда на отдых. Она что-то увидела, возле дома, но я не придал значения.