Сундук Пандоры

– Мы, Влада, сама добродетель! А совершенство беседует только с равными себе!

Тут Влада не сдержалась, совершенно серьезное, милое и любимое личико сестры, с горящими, лукавыми глазами, взлетевшими чайками бровками, да и весь стан Миры, смотрелись так мило, так хрупко во всей этой каменной твердости, а вместе с тем, была во всем облике сестренки какая-то забавинка, словно некий чертенок, выскочивший из табакерки, противоречил правилам собравшегося злорадства, побеждая бой, даже не начав его.

– Идем, эталон идеальности, домой.

Нечего нам с тобой делать в этом сером месте, пусть и прекрасном, по-своему, но проигрывающем тебе, совершенству мира.

Больше они к этому вопросу не возвращались, как и не вспоминали о Германе, который снова не попадался им на глаза, ни на занятиях, ни на вечерних прогулках. Вокруг кипела жизнь, затрагивая их поверхностно. Дружбы с молодежью не прибавилась и не уменьшилась. «Зануды-ботаники», как не комично это выглядело, вооружившись очками, пытались в научных исследованиях открыть неизведанное.

Библиотеки оживали новыми знакомствами, как правило, возникающими на одной, необходимой в одночасье книге. Музеи умиляли и восхищали экспонатами. Да и издательство набирало обороты, пытаясь обнаружить и первым передать новость, порою, не разбирая, пересуды это или истина. Сообщества проверяли новичков, отсеивали лишних. В общем, лилась обыкновенная студенческая жизнь.

И снова конец недели, четверг. Влада задержалась за конструктивной беседой с преподом, теперь же, осмысливая разговор, не спеша шла домой, задумчиво глядя себе под ноги.

– Знаменитая спорщица! – голос Германа выдернул ее из собственных дум и заставил насторожиться, при этом игнорировать ответ. Парень, как оказалось, и не ждал его. – Снова одна, опять вечером, в пустынном парке. Ты ищешь приключений?

– С чего вдруг?

– Вот что за привычка отвечать вопросом на вопрос!

– Герман! Прекрати ко мне придираться.

– Милая…

– Никакая я тебе не милая!

– Хорошо! Славная! Это ты отрицать не сможешь, ибо от рождения носишь это имя.

Так вот, я хотел тебе заверить, что никогда и ни к кому не придираюсь. Говорю только правду. Да, она не всегда и не всем мила.

– Слушай, ты всегда будешь читать мне нравоучения?

– Пока притремся. А дальше, жизнь наша будет гладкой и полной взаимопонимания.

– Все-таки странная у тебя манера знакомства.

– Так мы вроде знакомы. – усмехнулся Герман и забрал у нее нелегкую стопку книг.