ВиланЖ. Гнев Ангела. Пятая книга серии «Велюр»

Каштановые волосы взъерошены, гречишного цвета глаза сияли, Вел сразу поняла – это его развлекло, но держалась:

– А как же подружка? Она переживет?

– Гелио! Пожалуйста, после полета! Здесь десяток невинных людей. – Эд присел в проходе, умоляюще глядя на них. Из-за его плеча внимательно наблюдал Дэн, не так оптимистически, как брат, отнесшийся к их козням. Синие глаза Дэна потемнели, испепеляющее глядя на жену, светло-русые, пышные волосы, спадали на лицо, подчеркивая волнение.

– Дай нам немного поболтать, просто поговорить.

Все будет спокойно. Мы всего лишь обсуждаем написание книги.

Эд кивнул, вернулся к брату.

– Ну, что? – спросил Дэн, – сюрпризы еще будут?

– Сказать с уверенностью не могу. Они же непредсказуемы! Пообещали скоро разбежаться.

– Я тут подумал, отец прав. Мы светимся направо и налево. Если НАШИ узнают, даже не представляю, что начнется.

– Давай дадим им немного времени, пусть поиграют. – Эдгар сжал плечо брата и оглянулся на девушек, те мирно беседовали.

Вздохнул с облегчением и забрал у Дэниэля свой стаканчик кофе.

Глава 3

Пасмурный день, в серых тонах. Бледные облака, растянувшись низкой, прерывистой цепью, монотонно плыли гонимые ветром. Вокруг было все как всегда. Тот же сад, те же дорожки, все тоже имение. Только все это не дарило радости и спокойствия. Все было безжизненно и пусто. Виен стояла на пороге и боялась войти в свой любимый дом. Он, вдруг, стал чужим и холодным. Одиночество завывало внутри.

Черные окна, потерявшие зеницы, распахнутые настежь двери, с силой хлопали от налетавшего ветра и откидывались назад, разевая бездонную пасть. Вилен охватил ужас и сердце запаниковало. Запустение подступало к ней ближе и ближе. Пересилила себя, сделала шаг и споткнулась. Затаив дыхание, боясь увидеть нечто невыносимо отвратительное, опустила голову, затем открыла глаза – ветер ворошил листья книги, беспощадно вырывая страницы. И тут она поняла, это не книга, это альбом с фотографиями. Фотографиями ее семьи!

Жестокий ветер вырывал одну карточку за другой и уносил прочь. Пыль и песок засыпали его. Подняв, бережно струсила и прижала к себе, как прижала бы больного ребенка. Снимки были повсюду, трепетали и молили о помощи. Не выпуская ношу из рук, бросилась собирать, хватая их на лету и вытаскивая из грязи.

Поздно! Природа сделала свое дело. Лиц не было, все покрылось пеленой, и медленно, одна за другой, фотографии желтели.