Закономерность круга. Роман

Я очень хочу вернуться…. Мой муж. Ему тяжело одному. Он постоянно зовет меня. А я не могу найти дорогу. Как же ему одиноко! Он бы и сам прилетел ко мне, только не может. Держат его путы…. А главное дети. Они не с ним…. Они с тобой…. Помоги! Мужу могу только я помочь. А мне ты…. Дети…. Уже взрослые, но запутались, не зная, что делать совсем навалившимся на их плечи. Так вернешь меня?

– Да! – отвечала Вел. – Только узнать бы как.

– Знаешь, ты знаешь…. Только собери всю воду, а там и дверь мне откроешь.

– Воду? Какую воду? – Вел не оборачивалась к собеседнице, даже не знала с кем говорит.

Стояла и крутила зеркало. Голос смолк. Вместо него журчала вода. Отняла руку от зеркала и оказалась во внутренней части дома, где должен быть их фонтан. Только и его не было. Вместо фонтана бил родник из-под земли. Она видела себя в отражении воды, прозрачной, прозрачной. А на дне, под слоем воды, догорал огонь. Пепел приобретал причудливую форму, похожую на человека, свернувшегося калачиком. Затем вода вздрогнула, стала серой от соединения с золой. Забурлила, поднялась облаком в небо. А у ног Вел лежал нетронутый родник.

– Пить! Так хочется пить! – говорила она, но не могла пошевелиться…»

– Вел! Вел! – голос приближался, менялся в тонах и наконец, она поняла, это муж. – Проснись, пожалуйста. Да проснись же ты, наконец! – он нежно трепал ее за плечо. С трудом разомкнула веки. – Держи! – протянул ей стакан с водой, приподнял голову.

– Зачем? – проговорила Вел пересохшими губами. Горло так же было сухим, от этого голос скрипел.

– Ты просила. – помог ей напиться и, ставя стакан на тумбочку, бурчал: – Вот что ты за человечек?! То не спишь до рассвета, то проснуться не можешь.

– Не бормочи с утра, тебе не идет. А как ты догадался, что я хочу пить?

– Во-первых – уже полдень! Во-вторых – ты так жалобно стонала: «Пить! Так хочу пить! Дайте мне попить!» – передразнил ее, состроил жалобную мину.

– Да ну тебя! – сморщила лоб. – Который, говоришь, час?

– Первый!

– Сколько?! – не поверила ему, взяла мобильный.

– Ах, простите, вы сегодня хотите конкретики! Двенадцать ноль пять – так устраивает?

– Дети! – проговорила так, словно без нее никто ничего не сделает.

– Скоро вернутся. – погладил по плечу, поднялся: – И что же тебе приснилось?

– Не помню. – совершенно откровенно призналась она. Прикрыла глаза, заглядывая в себя, но не нашла и зацепки сна. – Не помню. Но что-то важное. – Эд глянул на нее, не поверив, однако переспрашивать не стал.