После рассвета будет закат

Мне очень сложно контролировать свои эмоции, я никогда не отличался терпеливостью и сдержанностью в характере – это моя самая слабая сторона. В данную минуту у меня так всё горит внутри, что если не предпринять срочных мер, начнётся настоящий пожар. Я на грани… Единственное, что меня сейчас спасёт – это дикий, животный секс, и как можно больше.

Как только мы все втроём вошли в квартиру, Лариса сразу же отошла в ванную комнату освежиться, мы же с Маратом расположились в гостиной и попивали коньяк.

– Рустам, а как же Лариса? Ты что решил с ней порвать и переключиться на эту Олю? Ты же ей заинтересовался и всерьез, я прав? Можешь даже не отвечать, у тебя на лице всё написано, – считывал безошибочно все эмоции на моём лице Марат.

Я задумался над его вопросами, но так и не смог внятно на них ответить даже самому себе, что уж говорить о нём. Сам не понимал, что со мной происходит и что будет дальше в том числе.

– Пока не знаю, что с Ларисой делать, но знаю одно, что эта девушка меня заинтересовала, и я хочу узнать её получше.

Насколько серьёзен мой интерес, не имею понятия, не могу сейчас здраво мыслить, в голове сплошной туман…

С тех пор как окунулся в омут больших голубых глаз этой пугливой чаровницы, я чувствовал себя оторванным от реальности. Такое чувство, что мне ударили по голове и вышибли из меня дух, и я наблюдаю за всем происходящим со мной со стороны. И тут я взглянул на друга, смысл его вопросов стал постепенно доходить до меня. Доселе незнакомое чувство поселилось в моей душе, очень похожее на ревность.

Одна секунда, и я подскочил с дивана, зарычав на Марата, как разъяренный бык с раздувающимися в разные стороны ноздрями.

– А тебе то что? Она же тебе вообще никак не зашла, или всё же ты на неё запал? Сразу тебя хочу предупредить, даже не рыпайся в сторону этой девушки! Она моя, это понятно!? – чуть ли не кинулся я на того с кулаками.

Никогда не видел на его лице большего удивления, чем в эту минуту. Марат на меня смотрел, как на человека сбежавшего из психиатрической клиники, не меньше.

Да что тут говорить, я и сам от себя такого не ожидал, но меня всего выворачивало от ревности. Собственнические чувства к этой малышке перекрыли все разумные доводы. Никогда мы не делили девок, пользуясь ими или по очереди, или одновременно, если было такое желание. Ещё в юности мы договорились с Маратом никогда не ссориться по этому поводу. Дружба важнее всего, так было всегда.