Рождественские мужчины Стефани Браун

 – Надеюсь ты одна?

– Эээ… нет, – начала оглядываться Бриджет и сразу заметила двоих парней, которые шли за ней следом.

– Выгони вех! – загрохотал он, что те сразу покинули это место, не успев даже полностью войти. – Вещи принесла?

– Да, – просунула она их ему внизу, потому что Энтони не мог позволить, чтобы она его увидела голым, да ещё сидящем на толчке.

Одеться оделся, но это было меньшее из его бед, ещё немного и он останется без члена и без будущих детей в том числе, так ломили яйца и по цвету превратились в бордовую свёклу.

Боль была такой пронзительной, что звёзды перед глазами уже не светились, а мерцали. Чувство, что в штанах будет скоро неминуемый взрыв, только усиливалось с каждой минутой. Выход был только один – сунуть своё добро в штанах под ледяную воду, иначе он даже до скорой не доедет, вся кровь перекочует ему в штаны, и мужчина умрёт от кровопотери.

– Мой любимый, – кинулась Бриджет ему на шею сразу же, как Энтони вышел наружу. – Как ты, мой пупсик, с тобой всё в порядке?

– Посмотри сюда, – ткнул он себе в пах, где все было очевидно и без объяснений, – разве заметно, что я в порядке? И почему мне в этот раз попалась такая идиотка, как ты! Я скоро без члена останусь, а ты кудахчешь тут, как глупая курица.

Иди лучше вход сторожи, чтобы сюда никто не зашёл.

– Но, Энтони, я то здесь причём, это всё эта девица рыжая устроила! А ты вообще что здесь с ней делал без штанов, уж точно не беседы интеллектуальные вёл?

– Не твоего ума дела, я что отчитываться перед тобой должен? Иди и делай, что я сказал!

– Вот, держи, это тебе, – сунула она ему в руку записку, которую оставила ему Стефани.

 – Жду тебя снаружи, надеюсь услышать от тебя извинения, когда придёшь в себя.

«Нам было неплохо, но всё закончилось. Стефани, ты была особенной в мой коллекции. Теперь ты свободна.

Энтони Уокер.»

Это была его же собственная записка, за одним исключением, внизу была приписка, которую написала Стефани размашистой рукой:

«Теперь ты свободен, Энтони Уокер! Надеюсь, этот вечер станет самым незабываемым в твоём никчёмном существовании».

И рядом нарисован улыбчивый дьяволёнок с рожками.

Она это все продумала заранее, как же он сразу не понял: надела его прощальные драгоценности, создала себе сводящий с ума сексуальный образ, записка и эти изощрённые подарки. Все было очевидно, её коварные замыслы лежали у него на ладони вытянутой руки, но он не увидел, хотя… скорее всего не хотел видеть.