Рождественские мужчины Стефани Браун

Она пристально его рассматривала, выискивая что-нибудь подозрительное в его поведении, чтобы натолкнуло на мысли, что парень однозначно её преследует, но тот и не думал на неё смотреть, все так же сидел с закрытыми глазами, совершенно не обращая на неё внимания, воткнув наушники в уши, и, судя по всему, спал. Да нет, успокоила она себя, вряд ли, слишком туповат, ленив, эгоистичен, да и зациклен только на себе любимом. Такие, как он, чистоплюи не становятся профессиональными убийцами.

Её тут же передёрнуло, даже один вид этого недоделанного выводил её из равновесия. У Стефани сразу отлегло, она смогла расслабиться и остальную часть дороги опять погрузилась в воспоминания двухмесячной давности, в тот сладкий момент, на котором её прервали в самолёте…

– Доброе утро, лисёнок… – уверенная рука Энтони уже вовсю гладила её местечко между ног, где все просило передышки.

В свои двадцать семь лет она уже давно так много сексом не занималась и теперь последствия этой бурной ночи ноющей болью отдавались у неё между ног.

– Энтони, – простонала Стефани, поднимая его руку выше, куда-то в район животика, – пощади, у меня там всё болит, мне нужна пауза.

– Согласен, прости я был сегодня ненасытен, просто не могу от тебя оторваться, так и тянет к тебе, как магнитом, тем более я ни одну неделю ждал этого момента…

– Это хорошо или плохо? – пыталась Стефани хоть как-то прозондировать почву по поводу того разовая ли у них была сессия или же все серьёзно, и они продолжат встречаться.

– Это прекрасно, я влюблён в тебя и от своих слов не откажусь, ни от единого, – притянул он лицо Стефани к себе и, как в доказательство своих слов, поцеловал, нежно и трепетно.

Стефани страшилась, что волшебство этой ночи растворится в реальности этого утра, но ничего подобного не произошло.

– Только у меня к тебе есть одна просьба, пока на работе пусть это будет нашим секретом. Как ты на это смотришь? – вернул он немного девушку с небес на землю.

– Я сама против служебного романа, – замялась Стефани, размышляя к чему он клонит, и откуда растут ноги у такой странной просьбы.