Пленница. Без права на отказ

В доли секунды таинственный незнакомец наклонился, преодолев последнее расстояние между нами… Алое кружево коснулось меня, но вместо тепла и ожидаемой сладости поцелуя я ощутила только ледяной холод, внезапно сковавший мои губы…

– Господи…, – очнулась я и быстро села на постели, приходя в себя от всего пережитого во сне.

Я горела в огне… Приложив руку к груди, я пыталась замедлить биение своего сердца, но у меня ничего не получалось. Яркие впечатления после сна не покидали, впервые я испытывала нечто подобное сродни возбуждению… Пот лился по моему лбу, стекая по вискам и нижней части подбородка, капая вниз.

Одежда нам мне вся промокла, как и волосы на моей голове.

– Что со мной?…

Сон был как живой, и этот пугающий, но такой пленительный мужчина… Было такое чувство, что я его уже где-то видела, и одновременно создавалось впечатление, что он мне совсем не знаком, и я его встретила впервые. Разноликие мысли одолевали и терзали. Он, как и сам сегодняшний сон, были загадкой, которую мне пока не разгадать.

Как ни пыталась заснуть, больше не смогла сомкнуть глаз, вылупив их, как дура, ворочаясь с сбоку на бок. Глаза…, эти бездонные глаза, прозрачные, как самое кристально чистое озеро, на дне которых плескалось ледяное пламя тысячи голубых костров, стояли передо мной и никак не отпускали из своего плена. Они зачаровывали, притягивали, но одновременно отталкивали и пугали, утверждая на меня свои права, как будто я его собственность, принадлежу ему вся без остатка, и это сильно заводило меня… Мне не давали покоя его холодные губы и кривая улыбка… Она была не доброй и не злой усмешкой, а как подтверждение того, что мне не скрыться от него и его взгляда. ОН следит, ОН завлекает, ОН ищет, ОН порабощает, чтобы потом что???

– Господи, Лизи, это просто сон, не будь дурой! – ругала я себя, пока комната постепенно не окрасилась в солнечный свет, оповещая о наступлении утра.

Как же мне хотелось, чтобы этот сон стал явью… Невероятно, но было такое чувство, что я влюбилась… Думала о нём и весь остаток ночи, и всё утро, пока варила нам с тётей Сарой кашу.

– Лизи! – закричала она, когда кухню заполонил чад от кастрюли, в которой был наш завтрак.

Замечталась до такой степени, что забыла о её существовании. Мне стало стыдно, итак живу тут на птичьих правах и ем за счёт тёти Сары, так ещё и вредительством занимаюсь.

– Простите меня, – виновато опустила я голову, как только открыла окно, выветривая дым, который уже успел заполонить всю кухню.