Спам

А мне что делать? Ждать? Антонов, ну почему так? Ты даже исчезнуть нормально не можешь. – Светлана была расстроена. Ее до мелочей продуманный план опять рухнул.

Роль безутешной вдовы подошла бы ей лучше. Она бы прекрасно справилась с ней. Похоронив мужа, спустя какое-то время можно было бы спокойно выйти замуж за Меньшикова. Все выглядело бы вполне естественно и достойно. А теперь придется ждать, ждать и ждать, когда Антонова признают погибшим. Находиться в полной неопределенности, между небом и землей, для нее, человека, привыкшего все планировать, – настоящая мука.

– Я тебе что, Пенелопа? – почти прокричала Светлана. – Как же ты меня достал, Антонов! – Женщина, наконец-то, положила трубку.

Надо рассказать обо всем Меньшикову, но это нужно сделать правильно. В глазах своего потенциального мужа нельзя выглядеть бездушной эгоисткой. Сергей может представить себя на месте Антонова и, как знать, к каким выводам придет. Захочет ли он жениться на женщине, которая рада пропаже своего, в будущем бывшего, супруга? Теперь все придется отложить: и рождение ребенка, и счастливое замужество, – все, все откладывается.

А ведь все это было так близко. Светлана хорошо подумала, прежде чем набрала номер Меньшикова. Она рассказала ему о беседе со следователем и закончила так:

– Ты сам понимаешь, наши планы на сегодня отменяются. Мне нужно побыть одной. Я возьму неделю отпуска. Ты пока мне не звони. Я приду в себя и сама тебе позвоню, – попрощавшись, Светлана положила трубку.

 – С этим я справилась. А теперь надо подумать, как жить дальше, – сказала она сама себе.

Глава вторая

Лето в этом году не баловало теплом жителей Екатеринбурга. Прошла уже половина июня, а по-настоящему жарких дней так и не было. Серое небо, затянутое тучами, порывы холодного ветра, дождь, который не прекращается уже третий день, – все это портило настроение. У Ксении Шульц и без того оно было на нуле. Ее бывший муж выиграл судебный процесс, и теперь их сын, Кирюша, останется с ним и будет жить в Германии.

Да, она имела право с ним видеться, но только с согласия отца, Генриха Шихнера, а тот, естественно, сведет их общение до минимума. Кирюша в свои неполных пять лет пока еще ничего не понимал. Живя у родителей мужа, он думал, что мама скоро приедет, и они снова будут вместе. Ей даже не дали попрощаться с ним перед отъездом. Ксения чувствовала, что вряд ли когда-нибудь сможет увидеть свою любимую кроху.