Громче всех!

Иногда организаторы сами нарушали правила шоу и вывозили нас из дома, напичканного камерами, на природу или просто куда-нибудь за город, но стоял уже конец октября – слишком холодно, так что вылазки прекратились. Я решила ни о чём больше не волноваться и сосредоточиться на работе над песней, собираясь показать её продюсеру в понедельник.

Глава 10

Марина, Дима и Серёжа отправились прямо к Меганцеву, а я – на урок к Елене Ивановне. Я отдала Марине листок с текстом своей песни, чтобы она показала её продюсеру.

Самой просить о встрече мне было страшно.

– Извините. Аня, Олег Викторович просит тебя подойти, – сказал Серёжа, заходя в кабинет. Его быстро отправили обратно на урок. – В гостиную.

Я взглянула на Елену Ивановну. Она кивнула, давая понять, что разрешает мне выйти. Я не стала даже собирать вещи, настолько мне было интересно, какой вердикт вынес Меганцев, прочитав мою песню. Он ведь не стал бы прямо говорить мне, что песня хуже некуда, даже если это было бы правдой. В крайнем случае он предложил бы немного её подкорректировать, а в итоге просто полностью переписал бы.

Я на это надеялась.

Олег Викторович работал только с претендентами на выбывание и ребятами, которым поручили сольные выступления. Проще говоря, с теми, кому он должен был писать песни, и теми, кто сам их писал. Совместными номерами участников и больших артистов Елена Ивановна занималась в одиночку. Если сравнить «Громче всех!» с предприятием, то получится, что Олег Викторович был его хозяином, а Елена Ивановна директором, с которого Меганцев всё спрашивал.

Преподавательница по вокалу жила в одном доме с нами, но на другом этаже – там, где не было камер. Если на съёмочной площадке что-то происходило, она связывалась с Олегом Викторовичем, и он приезжал.

В гостиной обсуждали номер Димы Костина. Песни Димы были совершенно не в моём стиле, но рэпер уже нашёл свою аудиторию – менеджеры каждую неделю передавали ему пачки писем от фанатов.

– О, Аня, ты пришла! – заметил меня Олег Викторович.

 – Марина передала мне твою песню…

Он посмотрел в листок с текстом. Ноги немного онемели от страха, какой всегда бывал у меня, когда учителя в школе проверяли мою работу в моём же присутствии.

– Что ж, – Меганцев прочитал её ещё раз, но не отложил текст в сторону, – песня, конечно, совсем не твой образ. Рифма у тебя немного хромает, да? Но ничего, музыка всё может сгладить. Вообще, она красивая, у нас в этом сезоне мало таких лирических песен. Хвалю.