Вот и ваша себестоимость, господин хороший

 – Но, к тебе это не относится, так что… просто рычанием больше не отделаешься.

Убедившись, что мужчина потерял сознание, Стёпа вытащил фотографию из рамки, и сунул к себе в карман.

– Гуманнее, конечно, было бы тебя добить,… но ты такой привилегии не получишь. Проживёшь не долго, зато помучаешься не слабо так – вытащив из кармана мужчины мобильник, добавил Стёпа.

Вызвав скорую помощь, Стёпа шагнул обратно, в свою среду, и продолжил наблюдение за Алисой. Оставалось дождаться утра, ведь очень волновал вопрос, как же воспримет всё сама Алиса.

Телефон завибрировал, и Стёпа, улыбнулся, следуя за Алисой.

– Даже в себя приходил? – удивился Стёпа, когда доктор сунул в руки Алисы бумажку. – Интересно… и чего же он нам такого написал? – прочитав вместе с Алисой содержимое, ухмыльнулся он. – Любят люди яркие обозначения,… а вот бежать от меня бессмысленно.

Однако блокировка дверей в машине, и беспокойство самой Алисы, раздражали. Стало очевидно, что переживает она больше, чем следовало бы, и это понимание заставляло Стёпу сжимать кулаки.

Хотелось отвлечь Алису, заставить думать о чём-нибудь другом, и образ собаки оказался очень даже кстати. Ведь она отвлеклась, причём мгновенно…

– Скучаешь? – подался вперёд Стёпа, максимально приблизившись лицом к волосам Алисы. – Я тоже скучаю… очень.

Алиса выскочила из машины, но это уже казалось не важным. Главное, что она тосковала, поэтому Стёпа вышел следом, даже не осознавая, что сделал это через дверь.

Обернувшись, Алиса испуганно посмотрела на машину, не в силах понять, реально ли то, что она слышит и чувствует.

Стёпа же, будто и не замечал этот ужас в глазах. Подойдя почти вплотную, он наклонил голову вниз, внимательно разглядывая лицо Алисы. Проведя рукой по волосам, Стёпа отодвину одну прядь назад, и уже почти дотронулся губами до шеи Алисы, но в этот момент она отпрыгнула назад.

– Ну чего ты? – улыбнулся Стёпа, и вновь подошёл ближе к Алисе. – Всё хорошо, успокойся.

И Алиса, действительно успокоилась, позволяя и обнять себя, и поцеловать.

Вот только стояла она смирно совсем не по своей воле, и это осознание заставило остановиться.

– Та ёкарный! – выругался Стёпа, и начал быстро соображать, шагая в среду порядка. – Так… это… зять! Зять, скорее, помощь нужна! Слышишь? Это срочно, ты слышишь, тьма?! Покой, ну где ты?!

– Тут я уже… чего орёшь так, скотинка? – застёгивая рубашку, пытался взбодриться Мирослав. – Загорелся опять что ли?

– Хуже… – повернулся Стёпа к Мирославу лицом.