Новогодний маджонг. Соединяя пары

Он обхватил ее плечи одной рукой, притянул к себе, придержал ладонью подбородок и легонечко поцеловал. Рита, чуть откинув голову, ответила. Молоканов усилил натиск. Маргарита не отставала. Вова чувствовал эйфорию только от осознания, что целуется со своей русалкой. В штанах зашевелился неутомимый «вовчик».

Словно вдалеке раздалось демонстративное покашливание. В кухню зашла Надежда, а за ней следом ввалился огромный лысый мужик самой свирепой внешности. Вошел и оказался рядом со сладкой парочкой. Присмотрелся.

– Какие люди! Здоров, братан!

– Привет, Мишаня! – искренне обрадовался Молоканов старому знакомому. Обнялись, потерлись щеками. Вова заметил, как тревожно переглянулись Маргарита с Надеждой.

– О, и здесь «Кристалл»! – Миша покрутил в руках стоявшую на столе бутылку, посмотрел на этикетку. – Бутылка под сорокет стоит, как хорошая зарплата, а почти в каждом доме по ящику. А еще говорят, что в стране кризис.

Он отставил бутылку и быстро глянул на стол.

– Надюшка, плесни-ка мне водочки! Не пью я эту заморскую заразу, – то ли попросил, то ли приказал Мишаня.

Надежда быстро метнулась к холодильнику и вытащила запотевшую бутылку.

– Прям как я люблю! – оценил старания бывшей жены Дьяконов.

– Не ожидал тебя тут встретить, Вован! Даже не знал, что ты с Марго крутишь!

– А я не знал, что ты муж Надежды! – быстро парировал Молоканов.

– Так она же у тебя работает! – изумился Мишаня.

– В ее личном деле нет никакого мужа, и фамилия другая, – заявил Вова, припоминая, что не читал личное дело Одинцовой.

– Мы в разводе, – встряла в разговор Надежда.

– Пфф, – устало вздохнул Дьяконов. – Дурная баба! Сегодня в разводе, а завтра ты ко мне вернешься!

– Да не хочу я к тебе возвращаться! – начала упорствовать Одинцова.

– Ладно, давайте за старый год выпьем! – решительно потребовала Маргарита. – Весь праздник пропустим с вашими сварами.

– Вот умная ты, Анютка, просто жуть, – хохотнул Дьяконов и подмигнул Маргарите. – Правильно мыслишь. С кем Новый год встретишь, с тем его и проведешь!

– Ага, с кем Новый год встретишь, от того и забеременеешь! – ляпнула Одинцова и, поняв, что сказала что-то не то, прикрыла рот руками.

– Да я не против, Надь, только скажи! – заржал Мишаня и полез обниматься к бывшей жене.

Надежда стала пунцовой, словно вареный рак.