Новогодний маджонг. Соединяя пары

Считай это моим подарком на Новый год!

– Если так, то зачем удираешь?

– Чтобы вам не мешать, – прямо ответила Надежда. – Третий лишний – сама знаешь. Тем более такой третий, как я.

– А жить где собираешься?

– Не знаю, Анютка. – Надя сморщила нос и добавила шепотом: – Первое время у родителей поживу. Да и Мишка обратно зовет настойчиво. Может, прощу и вернусь к нему. Люблю его, идиотка.

– Надь… – попыталась переубедить подругу Рита.

– Не говори ничего, Марго! Я люблю Дьяконова. И если вы с Молокановым поняли это сразу и вцепись друг в друга, как два питбуля, то нам с Хоппером потребовалось время, целая вечность и развод, чтобы осознать, что жизнь дает нам еще один шанс, а другого просто может и не представиться.

– Пойдем провожу, – обреченно вздохнула Рита. – Мой дом – твой дом. Ну, сама знаешь…

– Эй, Танеева, я не на фронт ухожу. Не оплакивай разлуку! – встрепенулась Надежда. – Праздники большие. Еще увидимся!

Одинцова чмокнула подружку в щеку и направилась к выходу, по дороге прихватив большой чемодан на колесах.

Она, сморгнув слезу, толкнула входную дверь, намереваясь выйти без лишних прощаний. Но та не поддалась. Пришлось еще раз проверить все замки и дверную ручку. Открыто. Но дверь по-прежнему не отворилась.

– Снаружи кто-то подпер, – догадалась Надежда. – И когда успели? Я же только вернулась, все нормально было.

– К нам ночью Пашка Тризуцкий пожаловал, – печально оповестила Рита.

– Наверное, его рук дело. Вот же подкрысок! Никогда он мне не нравился. Антон, кстати, тоже.

– Хорошо, Володя остался ночевать и сразу его обнаружил.

– Ничего не понимаю, – уставилась на нее Надежда. – А как он в квартиру попал?

– Наверное, когда ты уходила, я дверь не заперла, – тут же нашлась Маргарита и быстро перевела разговор на насущную проблему: – Придется Вовку будить!

– И вызывать Хоппера, – кивнув, добавила Надежда.

Разбор баррикады занял немного времени. Юный падаван Павлик Трезуцкий установил распорку из труб, валявшихся в пустой квартире.

Из отводов и тройников получилась странная конструкция, одна сторона которой упиралась в дверь Ритиной квартиры, а другая в стену. Разъяренный Дьяконов, ворвавшись в тамбур, принялся крушить ногами это творение нового «Леонардо». Сначала Михаил злился на Надежду, посмевшую бортануть его сразу после новогодней ночи, хотя лично он рассчитывал на продолжение и прямо заявил об этом Надежде. Потом, когда искал под окнами ключи, сброшенные Молокановым, материл самого себя.