За стеной

Все прекрасно знают, куда отбирают, но продолжают делать вид, что так правильно.

– Мы кушали хлебушек его Величества, пора отдать долг – ещё раз улыбнулась Ярослава, и посмотрела на звёзды. – Главное вместе попасть всем, а остальное…. Васька, ну не нагнетай! Мы живой щит, и другими не станем. Раньше, позже… какая разница? Нас к этому готовили, и только махать мечом мы и умеем.

– Вот именно! Там оружие посерьёзней давно, а мы с острыми палками! – цокнула Василиса. – Не честно!

– Ну а чего такого-то? Мяско на костре тоже не плохо – пожала плечами Ярослава.

 – Запах там от этих стрелялок жуткий, я уж лучше острую зубочистку в руки.

– Посмотрю, как завизжишь, попади в тебя из стрелялки этой – вздохнула Василиса. – Ладно,… что толку спорить? Раз встали, пойдем, потренируемся, у меня выпад слабоватый…

– У тебя и впад не особо-то! – отбежала Ярослава чуть в сторону. – Я буду молиться, чтоб тебе в противники поставили беззащитного ребёнка… без меча и с закрытыми глазами. Так хоть шанс на победу появится, мизерный, но всё же!

– Ах ты, лахудра! – побежала за Ярославой Василиса.

 – Иди сюда, кобыла глазастая!

– Ага, сейчас! Быстрее перебирай своими кривыми ножками! Ещё быстрее!

Девушки смеялись, не замечая, как солнце медленно озарило красноватым сиянием горы, а значит, новый день уже начался…

***

Аккуратно выстроенный ряд прибывал в ожидании вот уже второй час, и недовольное перешёптывание перешло в тяжёлые вздохи. Тренер и сам был не рад столь длительному ожиданию, но вот когда деревянные двери, всё же, распахнулись, причина задержки стала ясна.

Этот день Ярослава запомнила в самых мелких подробностях: три человека в военной форме, приказ собрать необходимые вещи, печальный взгляд тренера на прощание, и шум повозки, увозящей от мирной жизни далеко…

Девушки молчали, молчали и военные…. Разговоры были ни к чему, и так всё ясно: случилось страшное. С какой именно стороны, не важно, да и обозначение принадлежности врага, тоже. Именно для этого готовили армию, и некоторых даже с самого детства, ну,… это у кого было оно, детство это.

Вот Ярослава искренне не хотела вспоминать своё, как и большинство сидящих в повозке девушек. Безусловно, у каждой из них своя история, но было и нечто общее, а именно: куда угодно, лишь бы не в отчий дом. Рассказывать о жизни вне арены было общепринятым табу, поэтому, каждая девочка начинала с чистого листа, вне зависимости от понимания, чем эта жизнь в итоге закончится.