Досье генерала Готтберга

Все понимали, немцы в окружении голодали, а на голодный желудок – какой разговор. Паулюс поблагодарил генерала, но отказался, сказав, что не может есть, пока русские не пообещают накормить его солдат и оказать медицинскую помощь.

– Мы все сделаем, я уже распорядилась, – ответила за Шумилова Белозерцева по-немецки, и столь бегло и чисто, что Лиза удивилась, да и немцы тоже. Катерина Алексеевна вошла в комнату, поприветствовав генерала и его подчиненных, холодно кивнула пленным.

– Какой сегодня чудесный, прямо-таки весенний день! – произнес Шумилов без особого энтузиазма, лишь бы заполнить паузу.

– Победный день, – добавила Белозерцева по-русски. – Переведите, – обратилась она к Лизе. Ее знакомые с детства фиалковые глаза взглянули на Лизу прямо, безбоязненно, с легкой грустью. – Переведите, что сказал генерал, а что я – необязательно. Раз все условия выполнены, – она обернулась к Шумилову, – пора за стол.

– Так вы и стол накрыли? – удивился он. – Быстро.

– Конечно, – она пожала плечами, – а чего тянуть.

День чудесный. Вы, Елизавета Григорьевна, садитесь к нам поближе, – пригласила она Голицыну. – Мне переводчик не нужен, а генералу ваши услуги понадобятся.

За столом Белозерцева расположилась прямо напротив Паулюса. Подозвав Лизу к себе, она тихо сказала: – Майор Симаков, вы помните его? Мы прежде были с ним связаны по службе. Он мне рассказывал о вас. Я думаю, все скоро уладится, и вы получите награду, которую заслужили…

– Но, – Лиза растерялась, не зная, что ответить.

В это время генерал Шумилов встал из-за стола и предложил тост:

– За победу Красной армии!

– Но это лишнее, – тихо проговорила Белозерцева, – для чего тогда было затевать обед!

– Нет, генерал, – Паулюс тоже поднялся, – я пью за победу немецкого оружия.

Получив отпор, Шумилов покраснел и поставил бокал.

– Я предлагаю выпить за здоровье, – в напряженной тишине произнесла Белозерцева. – За здоровье, Миша, – она многозначительно посмотрела на Шумилова, – оно нам всем пригодится, – и тут же повторила то же по-немецки, разрядив ситуацию.

После обеда Катерина Алексеевна повела Лизу с собой – осмотреть пленных. Кому оказать медицинскую помощь, как накормить всех, куда поместить офицеров, где пока содержать солдат. С ней шел Хрущев, мрачный, осунувшийся – он узнал накануне, что его сын, считавшийся пропавшим без вести, погиб при обороне Сталинградского вокзала. Кроме него Катерину сопровождал довольно большой штат подчиненных.