Детское сердце

Её собственная жизнь была страшным кошмаром Аннет.

Хотелось поскорее сбежать, чтобы окончательно избавиться от ощущения того, что её унижают. Диана не могла отделаться от чувства, что над ней насмехаются, Анна знает, что у них в семье всё плохо, поэтому пытается её задеть.

Конечно, это было очередным приступом паранойи, но как убедить саму себя в этом, когда вариант с унижением звучит куда более оправдано, чем простое совпадение?

– Может, всё-таки выпьем? – Анна хитро улыбнулась, изучая бледнеющее лицо подруги.

– Нет, спасибо, – Диана решительно встала, – Мне пора.

– Ну… – Аннет замялась, опустив взгляд, но через мгновение бодро закивала, – Хорошо, раз нужно, то иди.

Диана направилась к выходу, еще раз удивляясь, как же хорошо было в доме. Пол не скрипел под ногами от старости, не было пыльных старых ковров, просто паркет кремового цвета, который казался безупречно чистым. Было настолько хорошо, аж до дурноты, Диану не покидало ощущение «искусственности» и «пластмассовости».

Разве можно быть такой идеальной? Или это всё обман, провокация?

Чаще всего что-то, что не входит в наше понимание нормальности – лично для нас является полностью искусственным и даже опасным.

Догнав Ди уже у входной двери, Аннет вручила ей деньги, свернутые в трубочку:

– Вот. За то, что составила компанию. Заходи как-нибудь, поболтаем.

Женщина даже не посмотрела на купюры, вышла из дома и едва удержалась от слёз, которые комом стояли в горле.

Слёзы то ли от страха и непонимания, то ли от полного осознания своей беспомощности, от болезненного укола, сделанного этим простым разговором.

Когда тебе в лицо кидают самые худшие стороны твоей жизни, сравнивая их с чем-то мечтательно-прекрасным, ты почти наверняка начнёшь осмысливать всё с другой стороны.

Всё познаётся в сравнении, да? Если сравнить с чем-то хорошим что-то плохое, то впечатление от «плохого» будет ещё хуже. Хотя без взгляда со стороны порой сложно разобраться и сделать шаг, отделяющий от полного провала или настоящей «вкусной» жизни.

Разжав руку, Диана заметила, что денег намного больше, чем нужно – примерно за четыре её смены.

Дверь была уже плотно закрыта, а Аннет весело махала рукой из окна, улыбаясь своей прекрасной белозубой улыбкой.

**

Люси напевала Дэйву и Стену колыбельную, покачивая их кроватки, укладывала спать, когда к ней тихо подошла мать и приобняла за плечи.

– Мамуль, – улыбнулась Люси и заговорила полушепотом, – Ты сегодня рано.