Гибель короля

Принцесса не стала безвольной, а потеряла сознание.

В тени пальм зачирикали попугаи. Синие обезьяны встрепенулись и улетели, взмахнув перепончатыми крыльями. Кокосы попадали на траву, придавив котов-броненосцев. Их мяуканье в миг огласило округу, раззадоривая двухголовых собак и чешуйчатых лемуров.

Оборотень взял Янину на руки и отнёс в карету. Вернувшись в замок, он разделил с принцессой ложе. Русалочьи чары не дали ей проснуться. Она забеременела от Конана, ничего не почувствовав.

Глава 10

Порок в сердцах не дремлет

В библиотеке обители Кастор искал упоминание о испытании для мессии… и не находил.

Подозрения насчёт Майслава усиливались. Высший жрец потёр переносицу, откинувшись на спинку стула, и убрал прогоревшую за ночь свечу.

Старший жрец пересёк порог библиотеки, тихо шурша мантией. Лучи восходящего солнца, пробившись через закрытые окна, осветили его лысину и напряжённое серое лицо.

– Брат Майслав! – поприветствовал Кастор. – Что ты хотел?

– Облегчить твои поиски, – вздохнул старший жрец.

 – Я выдумал легенду об испытании для мессии… В купели омывались при посвящении в навьяны. Перестали, потому что вода утратила волшебные свойства.

– Ожоги Вартана тоже твоя вина? – спросил Высший жрец.

– Моя, – подтвердил Майслав. – Когда он оказался в купели, я ушёл в другую комнату и поднял рычаг, нагревающий воду.

– Ты чуть не погубил ребёнка! – ужаснулся Кастор.

– Я надеялся, Шератан образумится и не станет рисковать его жизнью, – поведал старший жрец.

– Не прикрывай свои грехи грехами другого.

– Ты не знаешь мир, как знаю я. Было время, мы на крови отстаивали праведность культа Нави. Шератан посягнул на власть в обители, презрел трактат о мессии, а, значит, стал отступником. Он поставил личные интересы выше общих. Я вынужден был пожертвовать Вартаном ради сохранения порядка.

– Создатель такого не одобрит.

– Не суди. Ты не застал времена, когда тысячи навьянов горели на кострах.

Жрецы Четырёх Стихий рассказывают о доброте и милосердии, хотя сами купались в нашей крови. Их религия стала верховной, потому что они коварнее. Из-за нашей доброты мы проиграли. Теперь большинство жителей Сноуколда называют нас отступниками. Глупцами. Презирают. Клеймят и сжигают. Всё было бы по-другому, плати мы жрецам Четырёх Стихий их же монетой. Больше я не стану смотреть, как рушится мой мир. Покривлю душой, если надо, но спасу его.