Гибель короля

Оборотень дождался, когда за ней закроется дверь, и завопил:

– Стража!

В покои незамедлительно вбежало два воина. Конан обрадовался их визиту и заявил:

– У меня настроение хорошее. Эльфа сегодня убивать буду! Принесите что-нибудь пожрать. Например, поросёнка. И бутылку вина. И позовите девушек из дома удовольствий. Хочу есть и развлекаться! Я выслушал до конца нудную речь нудной тётки. Нужно поскорее забыть её. У меня самого не получится. Надо, чтобы помогли. Ха-ха-ха! Что стоите? Свободны.

Стражники вышли.

Их злило, что Конан не отказывает себе в удовольствиях, хотя подданные голодают. Словно прочитав мысли воинов, оборотень крикнул:

– Подниму бокал за голодающих королевства, когда упаду на пол, сытый и захмелевший!

Стражники вздохнули и поспешили раствориться в извилистых проходах замка. Тени от рыцарских доспехов падали на чучела медведей, создавая мрачную атмосферу. Головы львов, прикреплённые к стенам, угрожающе скалились. Свечи дрожали в лампадах.

Янина, сидя в покоях Лавриаля, уговаривала его отказаться от дуэли.

Когда поняла, что он не намерен отступать, попросила беречь себя. Она была готова умолять ненавистного мужа пощадить эльфа, если бы не знала, что сострадание, как и порядочность, Конану не свойственны. Принцессе оставалось только молиться, чтобы духи сохранили Лавриалю жизнь. В них она пока ещё верила.

За помощью высших сил Янина отправилась в храм Четырёх Стихий вблизи Наккара. Стражники сопровождали её. Около храма она встретила всадника. Он поднял забрало, и принцесса узнала Рольфа Граффиаса.

– Зря надеешься на помощь духов, – произнёс юный оборотень. Его смуглое лицо сурово хмурилось. – Большинство лордов ставят на моего родственничка. Он осёл, но сражаться умеет.

– Злорадствуешь, как и леди Матильда? – уточнила Янина.

Её усталость, страх и боль бросились в глаза Рольфу. Он невольно смягчился:

– Злорадство по части женщин. Мне же свойственна ненависть. К тебе я её больше не питаю. Ненавижу только твою династию. Маги отняли у меня добрую половину родных.

До сих пор не могу видеть, как кто-то из Колдов ходит по земле, обагренной кровью благородных волков.

– Я достаточно заплатила за ошибки брата. Твои родственники тоже не безгрешны.

– Ты права. Святых нет. Все хотят размножаться, питаться и отдыхать.

– Не всё сводится к этому. К примеру, искусство…

– Оно для избранных. Я его не понимаю, как и другие мужи Бекрукса. Слышал, лорд Лавриаль художник. Это делает ему честь.