Странный инцидент в культе

Она на большой кровати лежит, что даже уместятся на этой кровати пятеро где-то, круто, но и в другую очередь не особо круто.

Она кое-как встала и сидит на кровати. Зашел Ринат и, улыбаясь, сказал:

– О, сладость, уже очнулась, извини, что все же привез тебя к себе, пока ты в отключке была. Никто же не ответит, можно или нет, – и, подойдя, присел к ней.

Она смотрит на него: в одних брюках и без рубашки. Она сглотнула слюну, сидит, едва сдерживаясь. Она так и думала, что у него будут руки накаченные и пресс тоже, но то, что немного с кубиками на животе, а-а-ах.

«Спасите меня, кто может! Тащите огнетушитель, я горю!»

Ринат, улыбнувшись, свалив ее, обняв, впился губами в ее, они целуются, затем стали целоваться, едва не пожирая в поцелуях друг друга. Вика, обнимая и прижимая его к себе, едва не сжирает его в поцелуях. Тот, улыбнувшись, говорит:

– И сколько это у тебя не было парня?

Вика сказала:

– Какая разница вообще? Все, не хочу ничего.

Тот, улыбаясь, смотря на нее, расцеловав все лицо, стал целовать ее шею.

Вика, кое-как сдерживаясь, пытается не обнимать его вообще. Как он узнал, что ее слабое место там?

Ринат, улыбнувшись и взглянув на нее, шепнул:

– У тебя, кстати, парень есть? Можно я им стану, если нет? – и, улыбаясь, снова поцеловав шею ее, улыбнувшись, лизнул в придачу.

Вика говорит:

– Прекрати, пожалуйста.

Тот впился снова губами в ее и, обняв ее, целуя взасос, перестав обнимать, начал расстегивать ее рубашку. Вика пытается освободиться и не давать расстегнуть рубашку.

Она застегивает кое-как, тот расстегивает и, распахнув рубашку, она запахнула. Тот, улыбнувшись, шепнул:

– Сладость, ты чего, не хочешь, что ли? Вроде напротив даже, очень хочешь.

И, едва не оторвав пуговицу, резко расстегнув, сорвал с нее рубашку и швырнул ее, попал на вешалку каким-то образом.

Вика, сглотнув слюну, отпихнуть его пытается. Тот впился снова губами в ее, они целуются, Вика сопротивляется, тот шепнул:

– Не надо, милая, не сопротивляйся, это бесполезно.

Ты не сможешь все равно это делать, не отталкивай меня от себя, я же люблю тебя. И еще тогда, когда мы стояли все вместе, я уже влюблен в тебя был, милая, – и снова заткнул рот поцелуями взасос и, обняв ее, целуя, расстегивает лифчик и, обнимая ее и целуя, навалился на нее всем телом, прижимая к постели. Вика уже не сопротивляется, да и сложно это делать, в придачу устала чего-то.

Тот, расстегнув лифчик, сорвав, швырнул тоже на вешалку.