Режим Тишины. Маятник

Гонять на такой дуре – топлива не напасешься, а вот взрывами и грохотом население нервировать – это они запросто. Не зря же столько всего с военных складов прихватизировали. В целом, стратегия интересная, но не когда ты сидишь на переднем сиденье машины, в лобовое стекло которой это самое дуло направлено. Ощущения фантастические!

За танком у них еще один забор. Сеточка с колючкой по периметру. Там же КПП и еще одно здание, типа проходной, где врач дежурит и всех вокруг осматривает на предмет укусов, блох и венерических заболеваний.

А около здания оного с десяток ребят с автоматами. Стоят, нас вовсю выцеливают с видом устрашающим. Закамуфлированы от макушки до пяток, одни глаза торчат. Правильно, бей своих, чтоб чужие боялись! А, главное, действенно. Надеюсь, здесь выдают памперсы…

Пока боялась, в машине начались бурления и вылезания. Сперва Глава, затем Гюрза повыпрыгивали наружу и пошли вперед крайне странным способом – растопырив в стороны руки и ноги. У меня отвисла челюсть.

Это еще что за ритуал такой?

С заднего сиденья негромко рассмеялись и на плечо легла тяжелая рука:

– Забавно, да? Знаешь, зачем?

– Не-а, – я покосилась на внезапного собеседника, – Они, типа, опасные сейчас?

– Вроде того… Нас могли ранить во время рейда. А раненые с вероятностью сто процентов мутируют. Поэтому, пока не проверят, мы под подозрением, – пояснил Смайл и легонько подтолкнул меня в спину, – Ладно, вылезай, наша очередь!

И мы пошли. Гуськом. Растопырив руки.

Под прицелом. В полной тишине. Авангард в степени плюс бесконечность!

Внутри здания проходной нас дружненько разделили на мальчиков и остальных и, скомандовав "Вампиры – направо, ведьмы – налево", отправили осматриваться. Пока шла до кабинета, все пыталась припомнить, где слышала эту фразу. Кажется, одна из писательниц, любимого когда-то мною жанра фэнтези, употребила этот опус от лица главного героя книги.

И тут я попала по полной. Гюрза, вошедшая в кабинет передо мной, начала раздеваться! Вот прямо полностью, вместе с бельем! В итоге я начала переживать, что меня расстреляют, приняв за "братка" – звуки из меня полезли прямо пропорциональные их голосовым связкам.

Правда, цвет неподходящий – нежный румянец им, однако, несвойственен. А девчонке моя реакция явно польстила. Я всегда была эмоциональной по отношению к прекрасному. Вот и тут не удержалась от восхищенного взгляда и больших пальцев на обеих руках, поднятых вверх.