Бражник мёртвая голова

Если сначала наши взаимоотношения были обусловлены только рабочими моментами, то теперь у нас появилось больше общих точек. Он с удовольствием отвечал на мои разнообразные вопросы. Возможно, из-за относительной молодости его сердце не успело пропитаться снобизмом, поэтому не считал свои знания привилегией и охотно рассказывал мне что-то.

– Знаешь, – однажды сам заговорил Мартин, – я вижу, как ты тянешься к эзотерике. Мне становится даже грустно оставлять тебя и дальше просто как работницу магазина. Конечно, я не могу называть себя полноценным учителем, но мне кажется, помоги я тебе, из тебя вышел бы неплохой практик.

– Что ты! Я и не мечтаю о подобном, – естественно, я лукавила.

– Рэйвен, не нужно кокетничать и притворяться, – он быстро раскусывал подобное, – нет ничего плохого в том, чтобы желать большего. Я буду рад уделить тебе некоторое время, если ты захочешь.

– Я захочу. Конечно, я захочу…

Так я стала проводить с Мартином ещё больше времени. Он учил меня сначала простым, но необходимым для мага вещам – интуиции, самоконтролю, управлению волей.

Потом мы перешли к более сложным. Порой я делала успехи, а порой мне казалось, что у меня ничего не получается и никогда не получится. Я старалась не выдавать ему своего разочарования – боялась, что он тоже разуверится в моём потенциале. А мне совсем не хотелось лишаться его веры в меня. Поэтому я всегда старалась показать только свои лучшие качества – решительность, напористость, стремление стать лучшей.

Мартин начал брать меня с собой и на сеансы с клиентами.

– Это моя помощница и ученица. Она будет присутствовать с нами, – пояснял он.

Постепенно становилось очевидным, что наше общение давно перешло и за рамки обучения. Мой новый знакомый был тем, с кем я бы никогда не устала разговаривать. Мы часто оставались в лавке по вечерам, а бывало и до глубокой ночи. Общались, пили травяной чай. Как-то раз раскладывали таро, стремясь узнать настоящую причину смерти Мэрилин, и спорили несколько часов, потому что не смогли договориться на одной версии.

Мы многое открывали друг в друге. Я наконец смогла вслух проговаривать те моменты, о которых молчала долгое время. Казалось, его бережное и участливое общение, мудрый не по годам и беспристрастный взгляд залечивали мои старые раны. Мартин тоже делился историями из своей жизни. Например, я узнала, что его родители давно умерли, поэтому его воспитывал господин Браун – совершенно чужой человек, даже не родственник.