Услышь меня

Вероятно, причина кроется совсем в другом, межполярность, или живая энергия, не приняла меня в своё поле? – Слабость всё ещё не отпускала меня, и я медленно присела на стул, стоявший около окна.

– Я очень хочу ошибаться, дитя моё, очень! – Азат повернулся ко мне спиной. Его длинные рыжие волосы были заплетены в три тонкие косы, сплетённые в одну.

– Триша, о твоей силе должен знать только я, многие инопланетные жители, особенно Гартийцы, которые находятся на Суматре, имеют и свои мотивы, они могут использовать её в своих корыстных целях, ты должна пообещать мне контролировать себя, придёт день, и тайна будет раскрыта, но до этого момента твой долг – оберегать и контролировать её в своём сердце.

– Азат, но как же мне совладать с ней? Когда это выше моих способностей. – Староста подошёл ко мне, снял с себя медальон с чёрным плоским камнем в виде круга, внутри которого зияло небольшое отверстие, продетое через тонкую шёлковую ленточку золотого цвета. Он ловко обрезал её и одел мне через голову.

– Камень должен всегда быть рядом с твоим сердцем, он станет сдерживать и подавлять на некоторое время твою энергию, и за это короткое время ты должна будешь стабилизироваться самостоятельно.

Вспомни дыхание воды, что ты практиковала с самого детства в куполе, оно должно помочь тебе справиться. Кроме того, если ты выяснишь, кто является усилителем и к какой цивилизации он принадлежит, должна будешь незамедлительно сообщить мне об этом.

Я поклонилась Азату и пообещала контролировать себя и посвятить больше времени дыхательным практикам.

Я почувствовала благодарную близость к старцу и его жизненной мудрости.

Глава 4. Сбор

Вчетвером мы прошествовали к самому высокому зданию города. Я не могла не заметить, как странно на меня смотрят Чет и Севен, но слова, сказанные мне учителем, повергли меня в глубинный анализ произошедшего, и я незаметно для всех, неся милую улыбку на лице, погрузилась в себя. По дороге нас приветствовали удивительные виды ухоженных улочек, вымощенных мелкими камушками, на которых произрастали в замысловатых жёлтых глиняных кашпо яркие цветы.

Многообразие и необычные размеры бутонов свидетельствовали об искусных садовниках, живших на этой планете. В одном горшке можно было узреть до пяти бутонов, и каждый был особенного оттенка, голубой соседствовал с розовым, а красный с зелёным. Приглушённые тона лепестков завораживали своей непосредственностью, а их яркие цветочные соседи, напротив, говорили о силе интенсивности красок.