Любимой кошке посвящается

Любимой кошке посвящается

Виктория Вадимовна Горнина

Вашему вниманию предлагается два рассказа – первый из них о том, как домашний любимец вьет веревки из собственной хозяйкиВторой рассказ – Открытка – случай в магазине, куда пришли мама с дочкой.

Виктория Горнина

Любимой кошке посвящается

Вы только не беспокойтесь – она жива-здорова – что с ней будет? Вон растянулась на ковре в прихожей – белая, пушистая, откормленная, лапку изящно выгнула и косит одним глазом в мою сторону – на комплимент набивается.

– Ой, ну надо же – деланно восхищаюсь я – Красота необыкновенная.

Ты довольна? И не надо делать вид, будто ничего не слышишь. По морде вижу, что довольна. В ответ лишь величаво повела головою, смерила презрительным взглядом – отвернулась. Конечно – ты у нас хозяйка, а я так, прислугой тут при королевской особе состою.

– Сметану будешь?

При слове «сметана» с нее тут же слетает спесь. Эта упитанная бестия – (назвала бы маленькой бестией – да язык не поворачивается искажать действительность), так вот – она уже несется вперед меня, издавая жалобные просящие мяу.

Прямо момент истины – я специально растягиваю удовольствие – пока в холодильнике пороюсь, пока ложку возьму… Ей остается только путаться под ногами и преданно заглядывать в глаза. То-то же. Есть-то – дачный вариант, простолюдинка – а форсу больше, чем у какой-нибудь элитной британки.

Вообще, конечно, это мое упущение.

Будучи абсолютно несведущей в тонкостях кошачьей наследственности, я совершила наивный, необдуманный шаг. Однажды просто купилась на ангельскую мордочку, торчавшую из корзинки возле метро.

– Берите за ради бога… котята хорошие… лапы смотрите какие… – суетилась бабулька. – С дачи привезла вот…

Мне отчего-то стало жаль томившуюся в переходе старушку. Да и котенок был уж больно хорош. А нужно было при одном лишь слове – «дача» бежать без оглядки и как можно дальше от этого места.

Но это теперь уж на будущее. Я теперь ученая. Умные люди наконец-то объяснили мне, как кошка выбирает себе кавалера.

То есть они там дерутся, орут благим матом и пускают кровь, а она сидит в сторонке, как будто это ее не касается. Мимо она проходила – случайно совершенно – присела вот отдохнуть. А сама в полглаза смотрит, как они там копья ломают – удовольствие получает исподтишка.