Заря и Северный ветер. Часть I

– Погоди, я сейчас что-нибудь приготовлю…

– Я не завтракаю, – Саша опустил ноги на пол.

Ира отвернулась, чтобы не видеть, как он одевается.

– Может, кофе или чай? – спросила она, не оглядываясь у выхода.

Звякнула пряжка ремня.

– Чай, но потом.

Пока Ира возилась у плиты, Саша сходил в магазин. Когда он вернулся, она была уже в душе.

– Ирина, есть стамеска, отвёртки? – прокричал он в закрытую дверь.

– Что? – не расслышав, переспросила Ира и закрыла кран.

– Инструменты. Есть какие-нибудь?

– Посмотри в кладовке, пожалуйста.

Что-то дедушкино оставалось…

Пока Саша врезал купленный замок незамысловатыми инструментами, хозяйка квартиры сушила волосы.

– Закончил, – он протиснулся в ванную, наполненную тёплым ароматом кокосового мыла.

– Спасибо! Сколько я тебе должна? – спросила девушка, выключая фен и пропуская молодого человека к раковине.

– Нисколько, – Саша повернул кран.

– Нет, так нельзя.

– Прекрати, пожалуйста. Замок стоит копейки, – строго рассудил Саша.

 – У тебя волосы вкусно пахнут… – тут же улыбнулся он.

– Спасибо…

– Ты готова?

– Да, – она откинула волосы за спину. – Можешь только помочь мне? – Ира протянула серебряную цепочку с крестиком.

– О… Нет, – растерянно пробормотал молодой человек. – Извини. У меня аллергия на серебро. Я жду тебя, – он спешно вышел из ванной.

В его голосе Ире послышалось какое-то еле различимое разочарование, и ей стало неловко от мысли, что он мог подумать, что просьба застегнуть цепочку – это уловка кокетства.

Справляясь с мелким замочком, она с надеждой думала, что ей это всего лишь почудилось. Но когда она вошла в зал, сжимая от неловкости руки, то ощутила отстранённость Александра. Больно ущипнув себя за ладонь, Ира беззаботным голосом спросила:

– Какая погода на улице?

– Свежо.

– Я тогда джинсы надену и рубашку захвачу?

– Хорошо.

Ощущение странного напряжения тяготило Иру весь путь до парка. Чтобы избавиться от него и рассеять любые двусмысленные намёки, она старалась казаться беспечной.

Смотрела в окно машины и болтала о разных местах, мимо которых они проезжали. Как оказалось, город оброс тайниками, в которых хранились её детские воспоминания. Но все попытки втянуть Сашу в непринуждённый разговор обламывались, как сухие хрупкие сучья. Отвечал он рассеянно, как будто слушал вполуха.

Только в парке он наконец вынырнул из своих неприятных размышлений.