Заря и Северный ветер. Часть I

Многие старинные обычаи не соблюдаются, многие поменялись, а некоторые сплелись с людскими, принесёнными с Той стороны, из мира людей. Сейчас, к сожалению, обычаи больше выглядят как красивая обёртка, нежели ритуал, обладающий особой силой. Хотя имена весенних и летних яров, то есть детей, не достигших возраста зрелости, всё же запрещено вносить в древо.

– Почему?

– Раньше они часто не доживали до двадцати пяти лет и, соответственно, не могли стать частью рода, продолжить его. В семье могло родиться и до десяти детей, но доживали до возраста зрелости единицы, их имена и вшивали в канву семейной истории.

Сейчас, благодаря науке, медицине и тесной связи с Той стороной, с этим тоже всё проще. Тем не менее традиции есть традиции. Как видишь, Виктор нарушил и эти правила… Сколько себя помню, он всегда говорил, что нет ничего важнее жизни Мирославы… – Саша хмуро поглядел на вышитое на гобелене имя.

– А что сказали на это его родители?

– Их уже нет, – Саша сделал движение по направлению к выходу, Ирина последовала за ним.

В соседнем зале они снова остановились, но на этот раз рассматривая портреты. Ирина видела разных, но по-родственному схожих людей. На одном изображении она нашла девушку, смутно напоминающую её. Только ярчанка на картине была красивее и как будто старше, возраст отпечатался в её тёмных задумчивых глазах и межбровных складках. Елена одной рукой держала книгу, другой прижимала к подбородку чёрный карандаш.

– Этот портрет сделали, когда ей было пятьдесят, как мне сейчас, – улыбнулся Саша.

 – Это первый год её замужества…

– Она не выглядит счастливой, – заметила Ирина.

– Анатолий был суровым, но справедливым. Когда он женился на Елене, ему был восемьдесят один год. На самом деле это пик силы и молодости… Только звучит для тебя страшно.

Александр и Ирина двинулись дальше. Молодой человек рассказал о том, что у Анатолия и Елены через двадцать лет брака родился первенец – Виктор. Ещё через пятьдесят лет – дочь Мирослава. К этому времени землю яров уже потрясла большая гражданская война и проклятая хворь (о них Саша обещал подробнее рассказать в другой раз).

Отношения у Анатолия и Елены постепенно разрушались, чему был свидетелем и сам Александр, воспитывающийся здесь. Однажды ночью он услышал крики, а на следующее утро узнал, что Елена уехала в родовую крепость. Но это была неправда. Елена сбежала за границу и, родив на Той стороне дочь Мирославу, оставила её в больнице. Ясновидица Оксана забрала Миру и принесла сюда.