Смерть на корпоративе

В кабинете появилась уборщица Жанна с косынкой на голове, в спортивном трико:

– Дети сказали, что вы меня…

– Джемиле! – радостно вскрикнул Волонсевич и с изящностью юноши подскочил к онемевшей от удивления уборщице, – Жанна! Милая моя! Ты так просто оделась? Вот и хорошо, так даже лучше, по-домашнему. Садись за стол, винца выпей! Я так ждал тебя! Пей! Я сейчас провожу гостью! Да, Кате же деньги нужны!

Он торопливо достал из сейфа деньги, положил их на край стола перед застывшей женой. Сложил руки на груди, ожидая, когда она уйдет.

Жанна откинулась на спинку стула, молча наблюдала широко открытыми глазами. Екатерина со злобой взяла деньги, ушла, хлопнула дверью. Волонсевич вытер пот со лба, медленно подошел к столу, присел на стул, задумался. Из состояния задумчивости его вывел вопрос Жанны:

– И давно ты по мне сохнешь, начальник?

Маша, Лёня и кот Василий

Трубников сидел в кухне Петуховых, беседовал с Машенькой, высокой молодой женщиной со стройной фигурой и постоянно бегающими пальцами.

Она объясняла, что Лёня только что ушёл. Легли спать рано, кто-то ему позвонил. Он быстро оделся. Она спрашивала, куда. Он накричал: «Я ещё должен докладывать тебе, куда и зачем?» Машенька заплакала, Трубникову стало неуютно:

–Давно вы так живете?

– Третий год, детей нет. Гуляет он, мне все говорят. А что я могу сделать?

Трубников поднялся, собираясь уходить. Машенька вскочила, сразу перестала плакать. Стало слышно мяуканье. Вернее, истошный кошачий рёв. За окном на узком подоконнике сидел огромный кот, промокший и продрогший.

– Васька! – Машенька открыла форточку, – Васенька! Мой кот. Лёня не любит котов и собак. Поросенка берем, бычка тоже. Лёня откармливает сам, меня не подпускает. Потом сам же режет. Как он может? Берет совсем маленького, откармливает, ласкает, а потом режет, я на рынке мясо продаю. Так и живём. Раньше он в агрохолдинге работал, потом рассорился с Волонсевичем из-за зелёнки.

– Не понял. Какой зелёнки?

– Трава такая, чтоб скотину кормить.

Украл зелёнку с агрохолдинга. У них много! Он всегда немножко брал. Не больше мешка за один раз! Все нормально было. А тут настучал кто-то.

Василий отряхнулся, убежал в комнату.

– Не понимаю, это же плодово-ягодное хозяйство, зачем же зелёнка?

– Овцы. Отара на шестьсот овец. Мясо не продаем, сами кушаем. У детей в школе, в детском саду бесплатные обеды. Нам тоже мясо к праздникам выдают. Так и живём.

Маша суетливо вытирала со стола невидимую лужицу.