Прости меня, если сможешь…

Что происходит? Анжела никогда ничего не говорила о Кайле, он для неё словно покойник, ни плохо, ни хорошо. А тут: такая гамма эмоций!

– К чему ты клонишь? Что значит вовремя? Анж, что происходит? Я чувствую, что ты что-то мне не договариваешь.

Анжела смотрит в пол. А потом резко поднимает на меня свои огромные глаза.

И я вижу в них боль, самую настоящую боль. Моя решимость и напор начинают таять, я буквально теряюсь под этим взглядом. Смех, голоса, шарканье подошв по кафелю. Всё где-то там на фоне. Здесь пустошь, и она меня затягивает.

– Зачем ты мучаешь меня? – тихо шепчет она, и слезы наворачиваются на глазах.

Да что происходит? Неужели я попала в точку? Или возможно он ей просто нравится. Это может быть, Кайл нравится многим. Но вдруг нет, вдруг я права. А что если?

Молчание затягивается. Я смотрю на неё в упор, а она, напротив, смотрит куда угодно лишь бы не на меня.

– Вы спали… – гулко констатирую я, – давно?

Спросила и замерла. Где-то там звякнул неприятный сигнал, означающий начало лекций.

Но мы всё ещё стоим в полумраке коридора. Я жду ответа, хотя уже жалею, что спросила. Господи, сделай так, чтобы она обиделась и сказала, что я идиотка, что могла такое предположить. Господи, прошу тебя…

– Давно…

Надежда плюхается на каменный пол, разбиваясь. Гул в моей голове перекрывает мысли. Разом вышибает воздух из груди. «Что?» – слова застревают в горле. Я не могу поверить в услышанное. Это как увидеть кошмарный сон наяву.

– И? – хрипло спрашиваю я.

Если она скажет, что совсем недавно или… господи, я умру.

Хотя о чём я? Я уже ощущаю горечь во рту и чувствую, что последнее, что мы можем сделать сейчас, это разойтись. Просто разойтись в разные стороны. Мне хватает этих взглядов со стороны, рядом человека, подобного его подружкам я просто не вынесу. Больно! Он отнял у меня всё: спокойствие, подругу и счастье.

– Давай не будем об этом, хорошо? – взмолилась Анжела.

Пытается уйти, но я останавливаю ее, грубо хватая за локоть.

Откуда только взялась эта грубость? Я ещё никогда не проявляла агрессию к кому-либо, особенно незаслуженно.

А тут, заслуженно?

– Я хочу знать! – настаиваю я.

Хочу знать! Я обязана знать. Пульс бьётся где-то в области шеи как ошалевший.

– Что знать? – выкрикивает она. – Мы переспали, я забеременела и потом потеряла ребёнка. Всё? Или что-то ещё?

Всё на повышенных тонах, но не важно. Важно другое. Важно сказанное.

Я была потеряна, когда догадалась о сексе между ними.