Лабиринты миров. Мир, в котором меня любят

В возникшей темноте сердце потихоньку успокаивалось, и пульс приходил в норму. Я решилась поднять веки, голова вновь закружилась, и меня повело. Чтобы удержаться на месте, я занесла ногу назад, но не найдя опоры, потеряла равновесие. Не успев испугаться, почувствовала, как кто-то подтолкнул меня вперед. Сильные мужские руки так напомнили прикосновения мужа, что я застыла, боясь оглянуться.

– Вы в порядке? – чужой голос принес облегчение.

Выдохнув, я повернулась к мужчине и с улыбкой заверила его, что твердо стою на ногах.

Волосы соломенного цвета прикрывали уши и были необычно длинные для нашего времени, когда многие предпочитали короткие прически с выбритыми висками. Он превосходил меня в росте на целую голову, но по возрасту ему было примерно столько же, около тридцати пяти. Зато взгляд его рассказывал о многом: я смотрела в зеркало. И пусть я не знала, как, но я точно знала, что у него случилось.

Удовлетворенно кивнув, он еще секунду что-то сосредоточено искал в моих глазах, а потом скорым шагом направился к входу.

В это время на верхних ступенях показались знакомые лица, и я вернулась в очередь.

Вторая створка двери была закрыта, позволяя проходить только по одному. Стоящий здесь же охранник предупреждал об обязательном сканировании для считывания данных, внесенных в общегосударственную систему контроля населения. После пандемии снесли почти все комитеты, полностью перестроив госструктуру. СКН содержала все основные документы о жизни человека: от свидетельства о рождении до свидетельства о смерти.

Встроенное в арку устройство пробегало тонкой фиолетовой полоской перешагивающих через порог, ослепляя на долю секунды. После сканирования все попадали во внушительный холл.

Под небольшим куполом, расписанным в стиле барокко, преграждая путь к парадной лестнице, стояли больше десятка широких столов. Молодые люди и девушки в белых халатах – интерны или младшие научные сотрудники – с приветливыми лицами общались с кандидатами в программу.

Здесь же выдавались анкеты для самостоятельного заполнения.

Принтер, стоявший на краю журнального столика, тихо скрипел, получая сигнал о новоприбывшем кандидате, захватывал чистый лист и, быстро нанося лазером черную краску, печатал стандартный опросник. На моих листах уже была фотография, штрих-код в правом верхнем углу, но больше всего удивила печать «одобрено» на последней странице. Сомнения заставили меня заглянуть в анкеты соседей.