Мы все умрем вчера

Так началась дружба двух молодых людей.

– Да, дорогая, я все помню, до каждой мелочи.

– Я тогда случайно оказалась возле елки. Я думала, что ты пошутил насчет сапог-скороходов. Это подруга меня затянула, я тогда еще не хотела идти с ней на площадь. В нашей компании были одни парни, а она не хотела идти одна с ними. Я ей и уступила.

– Ты умничка, ты всегда правильно поступаешь.

– А помнишь другую историю, как мы не могли поймать такси?

– Да, мы тогда шли пешком километров пятнадцать. У меня тогда сломался астролет.

– А помнишь, как меня однажды укусила нанопчела? У меня тогда пол-лица опухло, но ты не испугался моего внешнего вида и не сбежал от меня.

– Я понял, что теперь ты точно моя и никуда от меня не денешься, как в тот вечер.

– Это в какой вечер?

– А тогда, когда…

Они, как дети, до ночи вспоминали разные истории из своей жизни, и девушка улыбалась и сияла. Когда она устала и уснула, Эдик подумал: «Как бы это не было ремиссией перед очередным, еще более сильным приступом болезни».

Его сердце сжалось от страха, и он отправился в свой кабинет.

– Дези, есть новости?

– Нет, Эдя! Подожди еще немного, до завтра.

– Поторопись, Дези!

– Хорошо!

Глава 7. Ямайка, Аннета и шоколадная фабрика

Ямайка, весело встряхнув рыжими кудрями, подошел к стройной брюнетке в короткой модной юбке и на виду у всех поцеловал ее в губы – страстно и в то же время как-то по-детски наивно. Аннета оттолкнула его слегка, ее брови удивленно взлетели вверх, и она тихо спросила:

– Ян, ты что это, не заболел, случайно?

– Да, да! Я эту девушку люблю, да, люблю! И что тут такого? Только она не верит, – сказал он смотревшим на них сотрудникам.

 – И вообще, нечего тут простаивать, рабочее время еще не закончилось, расходитесь, товарищи, расходитесь!

Работники шоколадной фабрики пожали плечами, мол, сами тут разбирайтесь, раз вы не нуждаетесь в нашем богатом жизненном опыте, и стали потихоньку расходиться. Вдали по коридору замаячил силуэт немолодого жгучего брюнета.

Он стремительно приближался к кулеру и, заметив Мякишева Яна, сурово спросил его:

– А ты чего тут прохлаждаешься?

– Я тут водички захотел попить, не хочу умереть от сладкой жизни.

– Не бойся, я тебе не дам умереть! Завтра же уволю, если в сию минуту не вернешься в цех!

– Аннета Юрьевна! – обратился он теперь к Аннете, как только ушел Ян. – В связи со сложившейся обстановкой в нашей стране выпуск шоколадных изделий сократился до минимума.