Ты это сможешь! Рай и ад (часть первая)

Потрепанный временем и порочными слабостями, престарелый «Казанова» не прельстил бы в другое время соблазнительную Кокетку, но сейчас у нее не было особого выбора. Так продолжался месяц, и Ниночку это уже стало сильно раздражать.

Однажды, когда она была на работе, во время обеденного перерыва, она спустилась вниз и увидела молодого человека, который ей очень кого-то напомнил. Но тут подошел Павел Николаевич, и они направились к выходу.

Через полчаса, когда Нина сидела за своим рабочим столом, к ней в кабинет заскочила сослуживица:

– Тебя искал какой-то молодой человек и твою фотографию показывал, – озвучила новую информацию, Ника Алексеевна, полная, розовощекая женщина лет сорока, которая казалась самым доброжелательным и веселым человеком в рабочем окружении.

 – Боже, он такой милый! А он что, твой бывший ухажер? А куда Пашу будешь девать? – не умолкала она.

– Подожди, не шуми, давай по порядку.

– А, что по порядку, – перебила ее болтушка, —он такой подходит и вежливо спрашивает: «А не подскажите, как мне найти эту женщину? Мне сказали, что она здесь работает кассиром».

– Подожди, не тарахти. Как он выглядел?

– Рост сто семьдесят два, семьдесят пять сантиметров, стройный, глаза карие, губы полные. Да он, вообще, красавчик! Может мне одолжишь, хоть на пару…

Но Нина уже не слушала ее и мчалась по коридорам, а в голове стучала только одна мысль: «Неужели меня нашел Арсений?». Но вскоре появились и другие мысли: «Откуда он знает, что я здесь? Он что уже отслужил? Как я ему объясню, что у меня есть дочь? Может спрятаться от него?» – и вдруг резко остановилась.

У выхода из здания стоял он и смотрел на нее. Она хотела сбежать, но было поздно.

– Нина, надо с тобой поговорить, я все знаю.

Она молчала, потом, наконец, произнесла хриплым, как будто чужим голосом:

– Как ты меня нашел? – ее сердце бешено билось, и она окончательно растерявшись, опустила глаза, как школьница, которая не выучила урок.

Они вышли на улицу.

Она стала незаметно, с любопытством разглядывать его: на небритом, но до боли знакомом лице, как и прежде горели два уголька темно-карих, почти черных глаз.

Но лицо похудело, и стали отчетливо видны скулы. А на висках появились первые признаки уходящей молодости, – серебристые нити волос, что было несвойственно для его возраста. Тут их глаза встретились. Он смотрел на нее без злости и обиды, с нежностью и любовью.

– Я все знаю, – почти беззвучно произнес он ей.