Бесконечную нежность храня

Женщине, которая смеется или плачет, когда хочет, просыпается без макияжа и редко, но зато превосходно готовит торт «Наполеон»…

А я всегда мечтала о таком муже, как ты – самостоятельном, мужественном, веселом, добром… и любимом. Когда ко мне вернулась способность говорить, я посмотрела тебе в глаза:

– Да, я выйду за тебя…

Это был один из самых чудесных моментов моей жизни…

Фрэнк и я в Киеве.

Мы не говорим на одном языке, но общаемся на уровне сердец. По очереди мы листаем толстый русско-французский словарь и, найдя нужное слово, поднимаем глаза на собеседника – и встречаемся со встречной улыбкой: «Я так и знал!» Мы смеемся, мы шутим, мы – Вместе! Мы – влюбленные из разных миров, мечтающие создать Свой Мир.

Ты очень хочешь встретиться с моей мамой и убедить ее, что ты – достойный муж для ее дочери. Я пытаюсь отговорить тебя от поездки – ведь твоя виза ограничена Киевом. Но ты оказываешься настойчивым, и мы покупаем СВ до Донецка.

На вокзале, шагая рядом с тобой, таким мужественным и сильным, я впервые в жизни ощущаю себя абсолютно защищенной. Краем глаза я вижу рукав твоей черной кожаной куртки, чувствую пьянящую свежесть весеннего мартовского воздуха. Мне спокойно – мой мир окружен мощной аурой любви. Опираясь на твою руку, я иду через многолюдную вокзальную площадь – иду в состоянии женщины, у которой есть надежный Защитник.

Ранним прохладным утром наш ночной поезд «Уголек» подъезжает к Донецку.

Ты, без сна пролежав всю ночь на узкой полке, с удивлением вглядываешься в серые здания вокзала и сонных людей, спешащих по перрону. Хитро прищуриваешься, улыбаешься и переходишь на сопрано, имитируя нашу проводницу:

– БутерррбрОООООды!

В такси молча смотришь в окно и делаешь грустный вывод:

– Это Африка…

Мама, увидев тебя, смущенно подает на стол борщ, котлеты, традиционное оливье и солености. Посередине стоит тарелка с блинами и небольшой горкой красной икры.

– А сколько осетрин вы можете купить на вашу пенсию? – интересуешься ты.

Мама смеется:

– На мою пенсию я могу купить только один глаз осетра.

Вечером мы возвращаемся на вокзал. Ты молчишь всю дорогу и вдруг разворачиваешься ко мне. В твоих глазах поблескивают слезы:

– Виктория, я не понимаю, как можно жить в такой стране и оставаться такой прекрасной? Я тебе обещаю, что ты никогда не вернешься сюда.