Случайная неизбежность

Они давно мечтали о детях, но после последней неудачной беременности им сказали, что они не смогут родить сами. Они оказалась очень добрыми и заботливыми родителями. Моему счастью не было предела. Я думала, что все мои беды закончились. Что я больше никогда не буду чувствовать себя одинокой и никому не нужной. Но через два года у мамы обнаружили рак молочной железы. А еще через полгода она умерла, и ее убитый горем муж вернул меня обратно.

После этого меня больше никто не удочерил, будто я была какая-то прокаженная.

И с того дня я поняла, что в этом мире мы принадлежим только сами себе. Только мы решаем идти дальше или сдаться. Верить в лучшее или замкнуться в своем несчастье. И я решила, что проживу эту жизнь так, как я хочу. Я училась, как проклятая. В двенадцать лет я поняла, что мне очень интересна человеческая анатомия. И именно в те годы я твердо знала, что хочу стать хирургом. А уже после окончания школы определилась с тем, что это будет пластическая хирургия.

Замечаю, как Чарли с завистью смотрит на ребят, катающихся с горки.

Ему пока рано такие активные игры, и он знает, что я не разрешу ему. Но моя душа рвется на части видеть, как ему хочется.

Однажды я дала себе слово сделать жизнь своего сына красочной и счастливой и обязательно сдержу его. Как только буду уверена, что он уже готов.

Чарли смотрит в мою сторону и машет мне ручкой, начиная улыбаться.

Машу ему в ответ, едва сдержав слезы, накатившиеся на глаза.

– Доктор Питерс? Это вы? – сбоку от меня раздается знакомый женский голос.

Поворачиваюсь и замечаю свою бывшую ассистентку с последней работы. Мы вместе работали в отделении челюстно-лицевой хирургии. Она ассистировала мне на операциях.

– Джудит! – поднимаюсь с лавочки и подхожу к ней, расплываясь в улыбке.

– Вы изменились. Я не сразу узнала вас.

– Да. Наверно, я немного постарела, – смущенно улыбаюсь ей, заправив прядь волос за ухо.

– Нет-нет. Я вовсе не это имела в виду. Ваши черты стали мягче. Я привыкла видеть вас всегда такой сосредоточенной.

– Ты права, – смеюсь. Я знаю, что всегда погружалась в работу с головой. Надеюсь, тебе было не сложно работать со мной? – вспоминаю, как сильно была увлечена своим делом. Ловлю себя на мысли, что ужасно скучаю по работе.

– Вовсе нет. Вы многому меня научили. Теперь уже мне ассистируют. Все в клинике говорят, что у меня был замечательный наставник.

– Неужели кто-то там еще помнит обо мне? – смеюсь, пытаясь скрыть горечь в голосе.

– Конечно, помнят.