Ты мое искупление

– Почему?

– Просто мне это не интересно, – ответила я, постаравшись сделать это, как можно безразличным тоном.

Он сразу как-то странно посмотрел на меня, отчего мне стало не по себе, и я почувствовала, как по моему телу побежали мурашки и очень надеялась, что он не заметит этого.

– Хотел бы я разгадать все твои тайны, Шелли. Ты одна сплошная загадка для меня.

Я смотрела в его глаза, будто загипнотизированная и не могла ничего ответить.

«Что со мной происходит, когда он рядом?»

– Мне нравится, как смело ты смотришь в мои глаза, – тихо, почти шепотом произнес он.

После сказанного, я несколько раз моргнула, чтобы вывести себя из непонятного оцепенения.

– Я знаю, что ты делаешь, Рафаэль. Со мной этот трюк не пройдет.

– Не понимаю, о чем ты, Шелли… – ответил он, едва скрыв улыбку, немного наклонившись ко мне. Я почувствовала, едва уловимый приятный запах, похожий на запах геля для душа и по телу сразу побежали мурашки.

Я понимала, что если сейчас не оборву этот зрительный контакт, то может произойти что-то непредвиденное.

– Нам еще много часов лететь. А я ужасно не выспалась,–  ответила я и взяв маску для сна, которую нам предварительно выдала бортпроводница, надела ее на глаза. – Спокойной ночи, Рафаэль, – похлопала я его по руке, дав понять, что разговор окончен и услышала его приятный смех.

***

Через 13 часов самолет приземлился в аэропорту Неаполя, находящегося в 50 километрах от Сорренто.

Забрав багаж, мы сразу направились в офис по аренде автомобилей, находящемуся недалеко от здания аэропорта.

– Устала? – поинтересовался Рафаэль, с какой-то заботой в голосе, когда сел за руль и завел двигатель.

– Нет. Я прекрасно выспалась во время полета.

– Вот и отлично. Значит сможешь полюбоваться красивыми пейзажами, пока мы будем ехать.

И он не обманул…

Действительно по мере нашего движения, картинки сменялись красивыми зелеными равнинами, холмами с густой растительностью, у подножия которых располагались маленькие деревушки или по-настоящему высокими горами, от вида которых захватывало дух.

А, когда мы уже подъезжали к самому Сорренто, то двигались вдоль побережья Неаполитанского залива и вид ярко голубой воды и волн, разбивающихся о камни, вызывал какие-то особенные эмоции внутри меня.