Cвадьба Декстера Льюиса

– Проходи, Вайолет, мы тебя заждались, – проговорил судья, довольно потирая руки.

Это был невысокий кругленький человечек с пышными седыми усами. В Эмералд Спрингс у него была репутация человека честного, но себе на уме. Судья Ченнинг ни за что не упустит своей выгоды, это было известно всем. Захария Льюис очень уважительно у нему относился, и Ченнинг платил ему той же монетой.

– Присаживайся, детка, – пробормотал он, – мне нужно сообщить тебе нечто важное…

Вайолет с достоинством села.

Захария Льюис с интересом разглядывал ее. Воспитанная девушка, ни одного фривольного жеста или слова. На Декстера не пялится и не хихикает через каждые пять минут. Какой удачный выбор!

– Мистер Льюис оказал нам честь, Вайолет, – высокопарно начал судья. – Он пришел сегодня просить твоей руки для своего сына.

У Вайолет все закружилось перед глазами. Дождалась.

– Сейчас не Средневековье, и я не могу дать ответ без твоего согласия. Хотя хотел бы. – Ченнинг улыбнулся в усы, довольный собственным остроумием.

 – Что скажешь на это, детка?

Вайолет скромно потупилась. Ей стоило огромных усилий спрятать свою радость.

– Ну не молчи, детка, – Ченнинг подбодрил дочь. Ее застенчивость делала им честь. – Мистер Льюис ждет…

Вайолет оглянулась на Декстера, словно ища у него поддержки. На самом деле ей хотелось убедиться в том, что он волнуется. Однако тут ее ждало разочарование – Декстер разглядывал книги и не смотрел на нее. Зато Захария оценил ее жалобный взгляд по достоинству.

Какая милая девочка! – вновь отметил он с удовольствием.

– Я согласна, папа, – тихо произнесла Вайолет, в душе ругая Декстера за толстокожесть. – Если, конечно, ты позволишь мне.

Судья Ченнинг расцвел. Нет, за такую дочь, как Вайолет, ему никогда не придется краснеть. Она все делает так, как надо. Старшая Флоренс была немного другой, шумной и своенравной, и иногда им было тяжело с ней. Однако это не помешало удачно пристроить ее замуж.

А теперь и с Вайолет все решено. Трудно представить себе более подходящую партию для нее, чем Декстер.

– Вайолет, дорогая моя, позволь поцеловать тебя по-отцовски, – пробормотал Захария Льюис, вставая со своего места.

Он подошел к девушке, которая послушно поднялась и позволила ему прикоснуться дрожащими губами к своей щеке.

– Я так счастлив, Вайолет.

Судья Ченнинг с умилением наблюдал за этой трогательной сценой.