Последний костер

Судя по всему, принадлежал он совсем молодому парню, и раньше его здесь Мальфри не слышал. А на голоса у него была профессиональная память.

– Ты верно услышал. У тебя есть что предложить?

– Наверное, – замялся юноша. – Наш корабль, «Щитоносица», отходит послезавтра. Мы можем взять пассажиров…

– Куда плывете? – деловито поинтересовалась Вигдис.

– На юг. В графства, – выдохнул юноша. Очевидно, сам он там еще не был, и весь горел предвкушением.

Мальфри переглянулся с женой. В темноте ночи ее лицо было почти не видно, но скальд и без того прекрасно представлял его выражение.

Юг. Графства. Новая, неизведанная земля – и новые правила игры. Нет, Вигдис совершенно не хотела отправляться в чужую страну, и готова была спорить до последнего. Что ж, у него есть целый день и две ночи на уговоры…

Через день Вигдис тоскливым взглядом провожала удаляющуюся землю, уже чувствуя приближение морской болезни. Почему она постоянно дает себя уговорить? Нет, положительно этот проклятый скальд владеет колдовством…

* * *

Водные стены чертога Ульга колеблется, а в воздухе висит запах цветущих яблонь.

Морщась, старшая дочь Владыки Вод спешит убраться до появления богини плодородия. Они с Ниневией не переносят друг друга, но Ульг не собирался выяснять, в чем же тут причина – мало ли что женщины могли не поделить между собой?

– Ульг, ты ведь обещал помочь! Ты клялся!

«Даже не материализовалась полностью, а уже претензии», – раздраженно думает бог.

– Ниневия, ты объявляешься раз в десяток лет и сразу же заводишь все ту же песню.

Но в чем проблема сейчас?

– Песня все та же, – злобно щурится богиня.

Она прекрасна, как только может быть прекрасна женщина. Любой смертный (да и бессмертный тоже) возжелал бы ее сразу же, лишь только увидев. Каштановые волосы, полные губы, глубокого зеленого цвета глаза и пышные формы… Однако, как подозревает Ульг, это лишь иллюзия. Каждый видит Ниневию по-своему, каждому она представляется своим идеалом. Вполне возможно, Анвар видел ее рыжеволосой озорницей, а Альмос – холодной блондинкой с синимы глазами.

– Ниневия, ваши разборки с Марой – это ваше дело…

– Ты обещал! – снова вскидывается богиня.

Запах цветущих яблонь сменяется терпким духом перегноя. Ульг в который раз думает о том, что богиня плодородия – Первенец Земли, но порой ведет себя как несдержанная младшая богиня огня. Не обращая внимания на перемены настроения Ниневии, Владыка вод продолжает:

– Но своим поступком Мара затронула всех людей.