Осторожно, ЗОЖ!

Когда я вышла, мы пошли к вещам, и тут Антон говорит: "Пошли хоть тренироваться". Я с готовностью разворачиваюсь (кофе то все еще действует). И тут Антон добавляет свое роковое: "кардиган то хоть возьми". Я с готовностью дергаю кардиган на себя, и задеваю им чей-то стаканчик с шампанским. Он падает на меня. Я извиняюсь. Но пока не придаю этому значения. Потому что я напрочь забыла, что я в гриме, верхний слой которого легко смывается водой. Понимаю я это только по возгласу Антона, который с ужасом смотрит на мои ноги.

На которых с шипением образовываются белые полосы и капли. На ТОЛЬКО ЧТО нанесенном с таким трудом гриме. Я бегу в палатку с криками: "Помогите, я разлила на себя чужое шампанское." Девочки начинают ржать. Но замазывают мне ноги, хоть и не должны. Еще полчаса я хожу очень осторожно, боясь что-либо задеть. Но потом теряю бдительность. И… Кто бы мог подумать!!! Из детской НЕПРОЛИВАЕМОЙ фрутоняни мне на живот падает капля, оставляя после себя белую полосу во всю длину пресса. А я еще и пальцем !!! пытаюсь распределить грим на место. Что у меня, естесственно, не получается. Я с ужасом бегу к палатке, понимая, что второй раз может и не прокатить, где меня встречает дружный ржач и кличка: "Человек-катастрофа". На прощание ребята говорят: "Ты, пожалуйста, аккуратнее, а то мы скоро уходим". Мы стоим еще немного с Антоном, он берет эспандер и советует мне пойти потренить. А у меня что? Кофе в организме кончилось. Я устала. И хочу на ручки. Или хотя бы просто полежать. На репетиции позирования у меня начинает сводить ноги. Я уже ничего не хочу. Устала настолько, что слов нет. Антон пытается заставить меня снять каблуки, мне лень наклоняться и расстёгивать замочки, и я приседаю на каблуках. Усталость накатывает, когда я пытаюсь делать спину, и я искренне говорю: "Все. Мне это нах.й не нужно. Я сваливаю." Благо Антон остановил меня. Но его испуганные глаза надо было видеть. Приезжает Надюшка и радуется за меня, что я выгляжу хорошо. Тут объявляют мою категорию, а я уже ни стоять не могу ровно, ничего. Только утренняя "собака мордой вниз". А нельзя. Нас выводят к судьям и десять минут у них на виду мы стоим и радостно улыбаемся. Тут уже не сбежишь. К моменту выхода на сцену у меня начало сводить все. Спина устала настолько,что я просто не могла ее держать. А надо стоять и улыбаться. И тут я понимаю, что я не готова к сцене, что я не знаю как повернуться, позирование у меня на нуле. И вообще. Решаю, что главное уверенность. Объявляют мой выход.