Одинокое сердце

Я не терплю бунтарства и лени.

Я согласно кинула, но сжала кулаки, отметив, что мне вновь напомнили про мой длинный язык.

– Первые дни будете учиться у Инны. Она передаст вам часть своих обязанностей, в том числе составление моего расписания, заказов билетов и организацию встреч. После вы будете вести все документацию, участвовать со мной в переговорах, развозить документы, которые необходимо доставить лично в руки. Также гарантированы командировки. И я хотел бы, чтобы вы всегда были на связи, потому что у меня не нормированный рабочий день.

Будьте готовы к работе в выходные, праздничные дни.

Пожалуй, мое воспитание не позволило мне в тот момент разинуть от удивления рот. Я лишь поджала губу, и этот жест заметил Никольский. Он довольно улыбнулся, понимая, что огорошил меня перечнем обязанностей.

– За эту работу вы будете получать вот такую зарплату, – и он извлек небольшой лист бумаги для записей со стола и быстрым росчерком написал несколько цифр.

Когда листочек оказался передо мной, и я сосчитала количество нулей, то не смогла сдержать удивленный стон, на что получила очередную порцию мягкого смеха.

Да, Никольский умел шокировать. Это он сделал дважды за последние десять минут. Ту сумму, которую называла Вероника, когда предлагала работу, можно было смело умножить на три, чтобы получить то, что я видела на листе.

– Да, это намного больше, чем получают в среднем по городу другие помощники начальников. И с учетом отсутствия у вас нужного опыта и образования, вам почти повезло, – хмыкнул он и забрал листок, чтобы смять его и выкинуть в мусорную корзину.

– Вам не стоит каждый раз напоминать про мой опыт работы и образование, – сказала я и чуть не шлепнула себя по лбу, когда поняла, что сболтнула лишнего.

За такую зарплату я должна носить своего начальника на руках и кормить с ложечки, а не сидеть и возмущаться.

Никольский на мгновение замер и посмотрел на меня, а после рассмеялся.

– Я уже подумал, что вас подменили, Маргарита Александровна, – сквозь смех произнес он.

 – В прошлый раз вы произвели на меня впечатление своей дерзостью. И я солгу, если скажу, что мне это не понравилось. Но впредь, когда вздумаете мне перечить, не забывайтесь.

Теперь была моя очередь улыбнуться. Мне только что дали шанс иногда говорить правду, но при этом не перегибать палку. Возможно, мы сработаемся Виктор Алексеевич.

После нашего короткого, но емкого разговора, Никольский выпроводил меня за дверь, передав в опытные руки Инны.