Моногамия. Книга 1. Любовник

Я далеко не почитатель мужских тел, но даже у меня невольно рождается желание раздеть этого парня и посмотреть на картину целиком. Он мужественен, но красота эта не вымучена в тренажёрном зале, а, скорее, подарена ему природой, потому что органична. Алекс высокий, но ниже Артёма, и мне почему-то это безумно приятно. Хоть что-то лучше у моего родного мужа!

Аристократизм, воспитанность, изящные манеры – это стиль его существования, они в каждом движении, жесте, в каждой фразе, слове, взгляде:

– Привет! – улыбается.

– Привет.

– Не разбудил?

– Ну, как сказать…

Я стою на пороге в коротких шортах и футболке, в которых обычно сплю, волосы распущены и не причёсаны, хотя встала уже давно. Само собой, ноль косметики, а я без неё даже мусор не выношу.

– Можно войти? – мягко спрашивает.

– Входите, – позволяю.

На лице его исключительно взвешенная улыбка, в ней ни на йоту не больше радости от нашей встречи, чем того требует ситуация. Он идеально контролирует свои эмоции, управляет ими изящно, как парусником; я завидую, но не только, я копирую.

Я как губка впитываю умения людей, которые преуспели в чём–либо. Меня не интересуют неудачники, я вижу только успешных, красивых, талантливых, трудолюбивых. Я учусь всю свою жизнь, сколько помню себя, люблю это и делаю исключительно хорошо – всегда была и буду отличницей.

– Я принёс то, что обещал! – протягивает пакет в красивой обёрточной бумаге.

– Забирайте обратно, я же сказала, это – лишнее! – возмущаюсь, но сдержанно.

Я чувствую, что подражаю ему – это непроизвольно, я так устроена. Мой тон, манера смотреть и улыбаться идеально соответствуют его стилю, и я открываю для себя, насколько это приятно, буквально наслаждаюсь происходящим.

– Чем занимаетесь? – спрашивает, легонько облокотившись на столешницу.

– Чищу киви.

– Киви на завтрак?

– Почему бы и нет?

Вижу его взгляд, и он не скрывает истинных намерений моего гостя, в нём очевиден интерес: стойкий, уверенный и лишь слегка сексуальный.

Алекс смотрит только в глаза – этого требуют манеры, но хочет разглядывать меня целиком, и я это чувствую, поэтому не отвожу взгляд, не давая ему возможности скользнуть вниз. Однако элементарные принципы гостеприимства вынуждают предложить ему кофе: мне приходится развернуться, и в то же мгновение краем зрения я замечаю, как Алекс, наконец, поглощает мой стан целиком – я была права. Чаще всего я бываю права.