Четыре угла

Молодой человек заподозрил неладное, но продолжал бездействовать и молчать. Долгое затишье вывело из себя отражение.

– Что такое ненависть? Может, это запутанные нити нашей души, испытывающие колебания? Это вспышки чёрного гноя в нашей душе? Это «внутреннее я» кричащее от бессилия?! Что такое ненависть? – Томно говорило отражение. Его глаза были пусты. – Это тебе не интересно? Поняв ненависть – поймёшь часть себя и мира.

Побежав и закрыв уши руками, Герман прокричал во весь голос – Нет! Нет!

Он бежал и постоянно падал из-за неожиданно появившейся бледной руки или ноги.

– Бежать бессмысленно! Ты не сможешь! – Раздавался громкий голос зеркального Германа, эхом отражающийся от стен по всему замку.

Но Риц пытался не слушать. Он продолжал бежать и наконец, добежал до двери. Она оказалась запертой. Отражение засмеятлось еще громче, еще мучительнее.

Герман попытался открыть дверь, но дернув ее, рука из зеркала рядом схватила его за грудки и ударила со всей силы об зеркало. Оно треснуло, и кусочек стекла вошел в щеку Германа и проник в ротовую полость, не задев языка или десен.

Кровь брызнула на отражающую поверхность, и эта картина ввела отражение в восторг. Опасность сгущалась своими черными тучами над головой путника. Риц оторвался от стекла и, не замечая крови и боли, стал пытаться открыть дверь. На секунду он посмотрел назад. В том самом огромном зеркале отражение стояло во весь рост и из подо лба смотрело на свой оригинал. Щека у отражения была тоже пронизана насквозь и залита кровью, но стекла в лице отсутствовало, вместо него зияла дыра. Кусочек разбитого зеркала был в руках у зеркального Рица. Он крутил его у себя и слегка поглядывал на него. Его глаза дали понять, что теперь у него есть оружие, и живим Герману не выбраться.

Герман закачал головой, пытаясь дать понять, что он не хочет быть убитым. Тем более здесь, при таких обстоятельствах. Тогда, отражение рассмеялось, и из зеркала справа от Германа, чуть ниже ребер, вылезла рука, пытавшаяся вонзить стекло в живот Рица.

Герман отпрыгнул, схватил висевшее на стене зеркало с серебряной рамкой и ударил им об дверь по засову. Она поддалась, и Герман выскочил на черную лестницу.

Из яркого коридора, уже залитого кровью, странник попал на залитую мраком лестницу, что сказалось на способности видеть. Он не видел, но слышал, как за спиной захлопнулась дверь, закрывшись с той стороны.

Хоть дверь и была закрыта, но смех был все так же ясен.