Академия счастья 2, или Пирожные всегда в цене!

– Мне тоже нравятся все эти вещи, – деликатно сказала я, – И…

– Ты носишь облегающие брюки? – загорелся идеей Винсент, – После свадьбы привезешь?

Я кивнула, но мысли побежали в неприятном направлении.

Вот он взял меня за руку, нежно гладит по коже. Будет приставать или нет? Только смотрит нежно и улыбается. Пошлю ему улыбку в ответ. Ладно, пусть думает, что я почти за.

Но свадьба… Для меня звучит, как нечто фантастическое, ко мне никак явно не относящееся. Будто говорят о ком-то по телевизору, и обсуждают чужую личную жизнь.

Мне всего семнадцать и я еще ничего не видела! Как я могу связать свою жизнь с человеком, который мне только нравится, если я не знаю, что такое любовь!

Винсент подтягивается ко мне на лавочке и смотрит долгим взглядом. Вокруг почему-то тихо и даже фонтанчик замирает. Я точно должна играть по его правилам? Эх, он меня снял с занятия, да еще и директор. Он – сильный фей, и я не смогу дать отпор. Да и сидим мы в уединенной, зеленой беседке в самом краю парка.

Я позволила коснуться своих губ и включила «авось». В конце концов, целуется Винсент приятно, да и чисто внешне мне нравится. Ну, не могу я ему отказать в этом деликатном деле. Не могу и почему-то не хочу…

Время остановилось. Все-таки гормоны у меня имеются, и если в обычное время они спят, то с прикосновением чужих губ, сразу просыпаются.

– Лика… – Винсент выдохнул мне в губы имя и я вздрогнула от неожиданности.

Рядом таинственно мерцали фиолетовые глаза, – Мне нужно тебе кое-что сказать…

Взглядом я попросила не останавливаться, а говорить.

– Ты не должна меня бояться. Я…– он нахмурился, собираясь с силами, – Я давно… То есть…

Он запнулся. Это было так странно, что я почувствовала неладное. В чем он мне собрался признаваться? Что убивает людей? Ест младенцев или балуется черной магией? Мне не хотелось слышать ничего из вышеперчисленного, но я решила дать ему шанс.

Вдруг он раскроет семейную тайну или расскажет, например, где моя мама и почему он не хочет видеть моих приемных родителей.

Но Винсент молчал. Он покраснел, как рак, и крепко сжимал мою кисть. Да что с ним такое?

– Помнишь розу два года назад?

– Розу? – я сначала не поняла, о чем он.

– Я оставил тебе на внутренней стороне подоконника розу, которую я сотворил своими руками, – быстро проговорил он, будто стесняясь.