Лисья кровь

В таком неудобном положении она ещё не была. Только если в момент, когда обнаружила свой хвост.

Кстати, хвост!

Марина резко обернулась и зажмурила глаза. Она смотрела и так, и эдак, но хвоста не было.

– Посадила пятно? – поинтересовался Кирилл и тоже обошёл её вокруг. – Вроде нет. Красивое платье.

– Спасибо, – смущённо выдавила из себя девушка и зачем-то схватила парня за рукав: – Пойдём, пойдём быстрее, а то опоздаем!

Он дал себя протащить по лестнице, вывести во двор, и только когда они свернули к узкой тропинке через изумрудный газон, остановился.

– Что такое? – обернулась она.

Волосы пушистым каскадом упали на плечи. На секунду парню показалось, что вокруг девушки пронеслось золотое сияние, но также быстро угасло.

– Цвет волос, – объяснил он сам себе, – рыжее золото. Каштановые, блестят на солнце. Как у…

Он хотел сказать – «матери», но не смог. Сам удивился, почему вдруг вспомнил. И, что было ещё страннее, ему впервые не было больно вспоминать.

Память о маме, такая болезненная и тяжёлая, сейчас стала легче. Раньше любые напоминания или совпадения с её образом вызывали отрицание и недовольство. Подсознательно он категорично невзлюбил рыжих, относился с опаской к девушкам с каштановыми волосами. Белый лебедь, с пацанскими замашками и громким голосом, была слишком не похожа на мать.

Марина вздрогнула. Она не привыкла, чтобы её так пристально рассматривали, в упор. И о чём он только думает, глядя немигающим взглядом?..

Кирилл скрестил руки на груди.

Он ждал объяснений этому странному воскресному вечеру, но Марина не находила слов. Она кусала губы, не зная, как объяснить, что сходить в кино не было её идеей, и что во всем виновата мама. Но вряд ли парень поверит! Девушка так переживала, что не заметила, как сзади рыжим пятнышком вырос хвост. В свете заката он был особенно красив.

Кирилл не отводил взгляда от её лица, пытаясь разгадать, что за игру она затеяла, и тоже не замечал появившегося хвоста.

Сейчас он с изумлением рассматривал рыжие искорки её глаз, искренне не понимая, как он мог не заметить их раньше. Почему-то ему думалось, что глаза у неё зелёные.

– И ничего я не думал о её глазах, – одёрнул он сам себя и нахмурился.

В какую нелепую ситуацию попал! Перед ним стоит девчонка – и в то же время он не чувствует этого. Она не хочет закадрить, затащить в постель или сделать своим его. Иначе не стояла бы сейчас, кусая панически губы.