Cоло

Недавно и ему исполнилось девятнадцать лет, и он прекрасно помнил тот день, когда в баре к нему подсел незнакомец и предложил угостить выпивкой.

– Не стоит, – тем утром Леон решил, что пора бы завязывать с алкоголем. – Я не пью.

– Брось ты, – молодой мужчина выразительно приподнял бровь. – Не выпьешь в свой День Рождения?

Он откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу.

– Помню мне в мои девятнадцать отец сам предложил бокал шампанского.

Леон уткнулся в тарелку и повёл плечом.

– Отлично, рад за вас.

– Так ты почему один?

Леон точно помнил, что не собирался продолжать этот разговор и долго игнорировал вопросы незнакомца. Он отодвинул тарелку и уже собирался уйти, когда мужчина вдруг сделался максимально серьёзным.

– Если ты сейчас уйдешь, то снова проведёшь день рождения в одиночестве. А я сам нашёл тебя.

Леон не слышал, как раздался сигнал устройства, но чувствовал, что оно рядом.

Прошло пять лет, «долгожданный» прогресс дошёл и до окраины страны.

«Ну что ж», – промелькнуло тогда в уставшем разуме.

– Хотите поговорить? Пожалуйста…

Поезд, который отправлялся один раз в три недели с окраины страны в центр, состоял из двух вагонов. В одном горел яркий свет, велись беспричинные беседы и пахло железнодорожной едой, а второй был отведён для тишины, назойливого чувства голода и подмигивания тусклых лампочек под потолком.

Время от времени здесь перевозили почту или небольшие партии товаров, а в купе помещали преступников, вызванных на слушание в центральный Суд. К слову, он прослыл самым справедливым судом в стране. И при упоминании этого факта Леон всегда испытывал чувство гордости.

Сегодня его соседями по вагону были несколько мешков рисовой муки, коробка с приглашениями на свадьбу и три конвоира.

Леон сделал глубокий вдох и понял, что поезд приближается к океану.

Это был запах детства, это была приятная, почти необходимая боль. Он смотрел на звёздно-белокрылых чаек, то взлетающих, то падающих на фоне неба.

Это несправедливо, что нужно так стараться, чтобы заметить прекрасное. Напрячь все чувства, дойти до тёмного дна, с силой оттолкнуться, чтобы разглядеть небольшой кусочек закатного неба.

Это несправедливо, что нужно так стараться, чтобы стать собой.