Демоны Невского проспекта

Ламия Кусанова тоже, видимо, ничем помочь не могла, она же не генеральская дочка. Подумав пару секунд – вернее, это было мучительное колебание, – Милена бросила пакет с уликами в руки Кириллу. Вампир удивленно покосился на нее.

– Что смотришь? – пробурчала Зубкова. – Ты тут единственный эксперт по всякой ерунде. Можешь, конечно, спросить: «Что мне за это будет?» – а я тебе даже отвечу, но стоит ли шокировать твою девушку?

Вампир ничего не сказал, но вид имел смущенно-довольный. Злата на шпильку от Милены не отреагировала, села тихо рядом с трупом Кусанова и затаилась.

– Большое перо, – пробормотал Кирилл. – Значит, птица старая. Был у нас в офисе орнитолог…

– Так и знала, что вы там у себя в рабочее время предавались сексуальным извращениям, – фыркнула Милена.

Кирилл колкость проигнорировал, видимо, сам не гордился офисным прошлым.

– Для письма такое не подходит, – продолжил он. – Неудобное. Если это не простой хлам, то, возможно, им делали какие-то грубые штрихи. Кончик немного стерт.

Милене не надо было подходить, чтобы убедиться в его правоте.

Вампирское зрение не подвело, издалека неровный конец пера был отлично заметен. И как она раньше не обратила внимания?

– Злата Бульбазавровна, ваш отче артом, мейби, не штырился? – лениво поинтересовалась вампирша.

– Что? – испугалась ламия.

Зубкова не могла понять, глава «КровьПроПрёма» реально вырастил незабудку или блондинка притворяется?

– Офицер СТЕРВА-ТЫ-МИЛЕНА интересуется, – перевел Кирилл, оскалив в сторону Милены клыки, – не увлекался ли твой отец каким-то рисовальным искусством? Что-то не слишком изящное, может, наскальная роспись?

– Нет, папа был эстетом, – покачала головой Злата.

 – Поэтому и женился на ламии.

Милена закатила глаза. Сам себя не похвалишь, никто не похвалит. В комнате с ними, видимо, был второй эстет. Кирилл так таращился на эту Злату, будто она – пятилитровая банка крови. Не съесть, так в Интернете похвастаться…

– Впрочем, какое-то время назад он сделал татуировку, – внезапно добавила ламия.

 – Совершенно несвойственный ему поступок, да и рисунок дурацкий, словно летучая мышь лапой…

Кирилл и Милена одновременно бросились к телу Кусанова: в который раз за ночь покойного упыря требовалось осмотреть. Вампирша резво порывалась окончательно стащить с трупа штаны, но Кирилл ее остановил.

– Не у всех татуировки там же, где у тебя, – заметил он.

Милена ткнула его локтем в бок.

– Клык даю, рисунок защитный.

– На фига? – удивилась Милена.