Любимая Единственная Истинная

А ты знаешь, что если он включит свой шарм и обаяние, то перед ним не устоит никто, – и, увидев потрясенное лицо брата, Ирис, поняв, что ее стрела достигла цели, удалилась.

Этери летела на своем мотоцикле по автобану, на предельной скорости. В крови бурлила неконтролируемая злоба. Она растекалась по венам с током крови и заставляла девушку поворачивать ручку переключения скорости, разгоняя мотоцикл до предела.

Когда Эрик обнял ее, запуская руки под водолазку, Этери захотелось закричать от страха. Руки Эрика были теплыми и ласковыми, но девушка вспомнила совсем другие руки.

Она никогда не видела лица этого человека, не знала, как он выглядит, какой у него рост и телосложение. Она знала только голос, запах и руки. Руки, которые никогда не были ласковыми и нежными, эти руки сжимались в такой стальной захват, из которого ей самой выбраться так и не удалось. Она помнила эти руки на своем горле, помнила, как задыхалась, когда эти руки душили, пока их обладатель, раз за разом, насиловал ее. Помнила, как эти руки вырезали на ее теле ненавистные инициалы.

– Ты всегда будешь помнить меня, моя сладкая малышка. Всегда. Как бы ты не пыталась спрятать эти буквы, ты будешь помнить меня. И твои родители тоже будут помнить, – он шептал ей эти слова на ухо, когда брал ее снова и снова. Он не убил ее, просто однажды ушел, оставив ее лежать на полу, израненную, изнасилованную, покрытую кровью и грязью. Он позвонил в полицию и продиктовал адрес, но не потому, что пожалел ее. Он хотел, чтобы ее нашли, чтобы принести еще больше боли и горя ее родным.

И навсегда исчез из ее жизни. Ей было тринадцать лет. Три года она провела в закрытой частной психиатрической лечебнице. Три года ее пичкали разными таблетками, капельницами, вели задушевные разговоры. И три года, она не реагировала ни на какие раздражители. Через три года, в день похищения, на ее тумбочке появилось письмо. Откуда оно взялось, кто его принес, осталось загадкой. Письмо просто лежало на тумбочке, возле кровати.

«Моя сладкая девочка.

Моя любимая сладкая малышка. Мой ангел. Неужели ты думаешь, что сможешь спрятаться от меня за этими стенами. Я скучаю по нашим свиданиям. По твоему сладкому телу. Думаю, нам нужно повторить нашу встречу. Только в этот раз я оставлю тебя себе. Навсегда. P.S. Как, там, буковки? Может нужно обновить?»

Этери закричала. На ее крик в палату сбежался весь персонал. С ней не смогли справиться трое санитаров, и пришлось прибегнуть к помощи транквилизаторов.