Повенчанные любовью

 – Я все расскажу хозяйке, – пригрозил он учителю.

– Прости меня Итан, – повинилась Полина. – Это моя вина. Я попросила Мейсона показать мне, как надо уворачиваться от нападения. – Не надо ничего говорить маме. Не хочу, чтобы Мейсона наказали за мою оплошность.

– Ох, госпожа, – улыбнулся садовник. – Конечно я ничего не скажу.

– Тем более, что я помогу исправить вред, нанесенный твоей магией, – сказала Эйвери. Девушка подошла к кусту гортензии и прикоснулась к основному стеблю. Тут же все листья, которые пострадали от огня, распрямились и зазеленели.

Сгоревшие цветки налились силой и цветом, и даже, кажется увеличились в размерах. Через минуту ничего в саду не напоминало о том, что недавно здесь произошло. Полина обняла сестру.

– Спасибо, Ив, – девушки обнялись. – Ты, как всегда, выручаешь меня. Чтобы я без тебя делала?

– Глупости, – ответила Эйвери. – Впрочем, как и всегда, – они в обнимку пошли в дом. Уже на лестнице их застал голос матери.

– Девочки, приведите себя в порядок и прошу вас обеих спуститься в большую гостиную.

У отца для одной из вас, есть прекрасная новость, – сказала мать и быстро скрылась в глубине дома. Девушки переглянулись.

– Ты знаешь, что за новость должен сообщить нам папа? – спросила Эйвери.

– Нет, а ты? – ответила Полина. – Но мама вроде выглядела довольной, значит новость хорошая.

– Наверное ты права, – согласилась с сестрой Эйвери. Девушка не заметила озабоченного взгляда, которым обменялись между собой Полина и Мейсон.

 – Тебе нужно принять душ, – сказала Эйвери. – После занятий ты пахнешь дымом.

– Да, я последую твоему совету, – ответила Полина и проследовала за сестрой в дом. Эйвери быстро поднялась в свою комнату и переоделась в более подходящий наряд. Шелковое платье цвета морской волны со шнуровкой под грудью, выгодно подчеркнуло эту самую грудь. Неглубокое декольте оставляло открытым хрупкие ключицы девушки и глубокую ложбинку между двух полушарий груди. Рыжие, переливающиеся всеми оттенками расплавленной меди волосы, девушка сколола заколкой и оставила их струиться вдоль спины.

Ущипнула себя за щеки, добиваясь легкого румянца, Эйвери поспешила вниз, в гостиную, где ждали ее сестра и родители. Войдя в гостиную, девушка села на свое место и, сложив руки на коленях, принялась ждать. Полина присоединилась к семье спустя десять минут. Эйвери заметила, что глаза сестры светятся, а губы чуть припухли, словно Полина только что целовалась.