В живых не должен остаться никто!

Не смотря на все попытки сопротивления, Олега быстро усадили на старый деревянный стул и придавили его правую руку к поверхности стола.

– Ой, а что это у нас тут такое? – с наигранной весёлостью спросил вдруг Петренко и указал дубинкой на массивное обручальное кольцо Олега. – Как же мы его пропустили? А ведь такая ценная вещь… Нехорошо. Отдай его мне – тебе оно больше не понадобиться, – с этими словами Петренко содрал с пальца Олега кольцо.

– Оставь его! – взорвался Олег. – Это моё обручальное кольцо. Семейное.

Память от деда.

Петренко отошёл к окну и внимательно осмотрел кольцо.

– Ого, да оно сделано ещё до революции… десять граммов чистого золота. Ценная вещица… – Он повернулся к Олегу и мерзко улыбнулся. – Я заберу его себе.

– Отдай, мразь! – в бешенстве вскричал Олег и даже попытался встать.

Бац! И Олег взревел от дикой боли – это Петренко со всего маху опустил дубинку на большой палец его правой руки. Палец мгновенно превратился в кровавое месиво.

Петренко обошёл Олега сзади и, взяв дубинку за оба конца, сунул ему её в рот.

– А ну заткнись, сука! Не то сломаю ещё один палец!

Дубинка мешала Олегу дышать и кричать, и он волей-неволей умолк.

– Где деньги?! – вновь спросил Петренко и убрал дубинку, чтобы он мог ответить.

Олег молчал, тяжело дыша.

От нового удара по большому пальцу у него потемнело в глазах. Олег вновь взревел от дикой боли…

Через пятнадцать минут, получив, наконец, адрес квартиры Рокоссовского, капитан Петренко начал собираться.

– Ляшенко, остаёшься за старшего.

Я на квартиру. Если деньги там – сюда я уже больше не вернусь. Я позвоню вам и скажу, что делать дальше с этой падалью, – Петренко кивнул на лежащего на полу Олега. – А пока побудьте здесь, да приберитесь. И вытрите кровь, пока не впиталась. А то хрен отмоешь потом…

– Не беспокойтесь, товарищ капитан. Всё сделаем как надо, – бодро ответил Ляшенко. – Чай не впервой…

– Из комнаты никуда не отлучаться! И смотрите, чтобы эта падаль не сбежала, уж больно она шустрая…

– От меня не сбежит, – зловеще улыбнулся Ляшенко и для острастки пнул Олега ногой, отчего тот сразу застонал.

– Смотрите у меня! – на всякий случай пригрозил им Петренко и, хмуро оглядев лужу крови на полу, недовольно хмыкнул.

Сержант Кротов перехватив его взгляд, тут же вытянулся в струнку:

– Не извольте сомневаться! Всё уберём! Ни одного пятнышка не останется! Лично ручаюсь!

– Ну-ну, – с сомнением протянул Петренко, но больше ничего не сказал.