В живых не должен остаться никто!

Ты блок не ставил, поэтому я и смог обратиться к тебе…

– И что расстояние не имеет никакого значения? – вновь с подозрением спросил Олег. Ведь если это действительно так, то получается, что Торн мог позвать любого человека, оказавшегося здесь поблизости. Сомнительно, чтобы эта местность совсем не посещалась людьми. Есть ведь охотники, рыбаки, лесозаготовители…

Торн внимательно посмотрел на Олега.

– Я понял, о чём ты подумал, Олег. Но должен разочаровать тебя: в вашем мире контакт возможен только тогда, когда я вижу человека.

А магия кристалла вообще уменьшила это расстояние буквально до нескольких шагов. Всё-таки кристалл это тюрьма, а не… – Торн тяжело вздохнул и умолк, так и не закончив фразы.

Олег понял, что своим подозрением он обидел волшебника. Чёрт бы побрал эту его подозрительность! Но ведь его уже столько раз обманывали… Олег мысленно ругнулся и извиняющим голосом сказал:

– Прости меня, Торн, я не хотел обидеть тебя. Просто это всё так непривычно для меня: магия, волшебство и всё, что связано с ними.

Голова идёт кругом.

– Всё в порядке, Олег, – Торн ободряюще улыбнулся. – Твоё любопытство и недоверие вполне понятны.

Олег устало усмехнулся, если бы действительно всё было понятно… Но ответы Торна свидетельствовали только об одном – к видению его сына он не причастен. А это значит он действительно видел своего сына и даже разговаривал с ним. Выходит так, если, конечно, это были не галлюцинации… Нет, это исключено. Он явственно видел своего сына, это был он, он хорошо разглядел его.

Сын говорил с ним, и именно он просил его помочь пленнику в кристалле. Да, сын определённо знал, кто скрывается в этом таинственном кристалле, и он, тем самым, хотел спасти ему жизнь… Ему, Олегу, своему отцу, тому самому, что не сумел защитить его… Олег печально качнул головой. Да, всё сходится, всё именно так и есть, не спаси он тогда Торна, то он был бы сейчас мёртв. Это без вариантов. Призрак сына пришёл к нему на помощь и спас его… Значит жизнь после смерти есть и он ещё увидит свою жену и сына. Они будут ждать его…

– Будут ждать… – тихо произнёс Олег. Он посмотрел наверх, туда, где должен был находиться горний мир, и так же тихо добавил: – Ждите меня, как только я завершу здесь свои дела, я приду к вам. Только дождитесь меня… Дождитесь… Я очень, очень люблю вас…

Олег очень хотел, чтобы в эту минуту сын вновь предстал перед ним и сказал бы ему, что они с мамой тоже любят его и что они будут ждать его, ждать там, в лучшем, горнем мире.