Всё началось с заката. Они

Мне не нравилась и не привлекала ни в коей мере ни одна из рвущихся создать семью с достойным мужчиной. Настолько не нравились и не влекли, что я начал подозревать, что со мной вообще что-то не так, и эти шуточки у меня за спиной, которые я, якобы, не слышал, могут оказаться правдой. Но она развеяла все мои подозрения и, возможно, потому что она не похожа ни на одну из знакомых тебе девушек. Ты ж с ней под одной крышей живёшь! Мог бы заметить, что она отличается. Не заметил? Просвещаю. Если сравнить её с той, кого ты мне постоянно советовал в жёны – с Эрни, то моя Миратэя будет её полной противоположностью.

Настолько, что сравнить их в чем-то конкретном не представляется возможным. Как нельзя сравнить тьму со светом.

– Всё-всё… я понял, – хохотнул Кардэк, останавливая меня. – Она тебе не просто нравится?! Ты её любишь.

– Да. Люблю. Только не надо напоминать про наше отношение к этому чувству. Я помню, и я с ним не согласен.

– Не буду напоминать. Но для меня очень странно то, что мой сын считает, что я женился на его матери только потому, что она знахарка, – ухмыльнулся отец и развернулся к выходу.

 – Всё, тебе спокойной ночи, Рэйм, а меня ждёт МОЯ прекрасная женщина.

Кардэк ушёл, оставив меня слегка ошеломлённым. Я вроде всегда отмечал хорошие отношения между отцом и матерью, но не задумывался о природе их чувств. И не задумывался о том, что мне в кого-то надо было пойти. И если с мечтательностью и любовью к «глупым» закатам и морю я всех переплюнул, то в желании жениться на той, кто трогает не только тело, но и сердце, я не единственный?!

Если так подумать, Карс тоже очень тепло относится к своей Алине и в самом начале не выбирал из многих.

Он хотел только её. И Фиса вот сегодня призналась, что не хочет просто замуж, а хочет так же, как у нас с Миратэей. Может, и две мои старшие сестры, Лана и Шайна, тоже нашли для себя не просто качественных мужей, а тех, к кому легло сердце. Мне было восемь и десять циклов, когда они вышли замуж и ушли в другие племена. Я особо не обращал внимания на них тогда, а после мы очень редко виделись, и я опять же не обращал внимания.

* * *

– Мира… Мира… – глухо пробивались в моё сознание слова, словно через толщу воды, и я плыла на них, плыла, пока не вынырнула на поверхность.

Рэйм был рядом, радовался моему пробуждению, держал за руку, но я чувствовала, что всплыла ненадолго, и сейчас мне нужно успеть узнать: получилось ли? Смог ли Рэйм убедить и проконтролировать исполнение моего уговора.

– Да.