Всё началось с заката. Они

Когда солнце, наконец, поднялось, бросился обратно, убедиться, что всё в порядке.

Племя уже потихоньку просыпалось, но в шатре пока никого больше не было. Только Миратэя лежала на боку, безвольно раскинув руки перед собой, и тихо дышала. Слишком тихо и незаметно. Я успел испугаться, подскочить к ней и только совсем близко увидел, как грудь слегка шевелится от дыхания. Но совсем слабо.

За последние проведённые с ней ночи я успел запомнить, как она спит. И сейчас сон отличался. Он был настолько глубокий, что я начал сомневаться, что это не потеря сознания.

Я же её бросил! Кто знает, как она, обессиленная, отреагировала на наши обоюдные и весьма активные действия. Вдруг вместо улучшения ей стало хуже?

– Рэйм, ты уже здесь? – зашла знахарка в свою обитель. – Бежал, что ли, с дежурства?

– Почти. Мне стало как-то неспокойно за неё, ближе к утру, и я поторопился проверить.

– И? Что-то не так? – заволновалась мама, пристраиваясь рядом.

– Не знаю. Вроде спит, но дышит очень слабо. И лежит, на вид не очень удобно.

Она любит руки ближе к себе подтягивать.

– Вижу. Похоже даже на обморок. Неужели ей снова хуже стало? С чего бы? – задумчиво и жалостливо погладила девушку Каяна. – Подождём немного и, если ничего не изменится, попробуем разбудить и напоить настоем. И отвар бодрящий приготовлю.

Делиться своими опасения, с чего ей могло стать хуже – не стал. Подождём. А, ожидая, я взял её ладошку и легонько сжал. Она неожиданно вздрогнула, вздохнула чуть глубже и слабо пошевелилась, щурясь и пытаясь раскрыть глаза.

– Рэйм? – хриплым и тихим шёпотом спросила она.

– Да, Миратэя. Ты как себя чувствуешь? – спросил я, глядя на обеспокоенную мать, активно толкущую травы.

– Не… пойму… но… мне нужно… отнесёшь?.. – медленно проговаривала она, будто проваливаясь обратно в сон между словами.

Отвечать ничего не стал. Подхватил у входа накидку, усадил её, одел, поднял и понёс. Она на мои действия не реагировала и словно спала. С учётом её спины, задачу мне это не облегчало.

Хотя вчера я был готов взять её, держа на весу, так что до навесов, спящую, тоже донесу без проблем.

Подбегая к месту, подумал, что, может, уже и не надо? Выглядела она совершенно спящей. Словно мне показалось, что она заговорила, но я попробовал разбудить.

– Мира, – прошептал я. – Прибыли.

И она снова ожила и проснулась. Молча встала на ноги, не сразу поймав равновесие, и так же молча, неуверенно, но целенаправленно и настойчиво пошагала.