Пристанище для уходящих. Книга 2. Обреченность

Вблизи он выглядел еще неопрятней, но я приветливо улыбнулась и поинтересовалась расценками. Двадцать долларов сутки – отличная цена!

Сколько времени понадобится, чтобы найти работу и переехать в место поприличней?

– Можно комнату на двое суток?

– Только кэш, – пробубнил тип за стойкой, с удовольствием посасывая зубочистку. На груди висела табличка «Барни». – Терминал не работает.

Я осторожно отсчитала деньги. Надо было выложить мелочь заранее, вот же идиотка. Барни так подозрительно на меня косился, что на всякий случай я показала ему права.

Не знаю, как в Сан-Франциско относятся к несовершеннолетним без сопровождения.

В кармане рюкзака вместе со свидетельством о рождении, правами и пластиковой карточкой социального страхования лежала записка.

«Подозреваю, ты отказалась. Но мне очень надо. Поможешь – заплачу, как и договаривались. Пожалуйста, провали собеседование». И адрес внизу.

Я так сильно сжала челюсти, что заболели зубы. От злости потемнело перед глазами.

Думает, побегу делать то, что нужно ему? Нет уж, сама решу. Барни швырнул на стойку ключ, и металлический стук отвлек от раздражения.

– Белье меняется раз в неделю, – бубнил Барни. – За утерю ключа – штраф пятьдесят баксов. В номере не курить. Льда нет. Горячая вода – тридцать минут в день и только до полуночи. Кондиционер включается отсюда. Не кормим. Все ясно?

Из моего горла вырвался яростный рык. Барни наверняка решил, что рык адресован ему, ухмыльнулся и снова устроился с журналом в руках, водрузив ноги на стойку.

Номер выглядел уныло. Даже если не обращать внимания на вмятины за дверью и попытки придать уют, раскрасив стены в несочетаемые цвета бежевых и оранжевых тонов, – оборванные жалюзи и железная кровать создавали тягостную обстановку. В ванной из крана капала ржавая вода, оставляя на керамике бурые разводы. В лесу и то чище.

Из зеркала на меня смотрело чумазое и всклокоченное существо с сеном в грязных нечесаных волосах.

Видок кошмарный! Рана на левом боку опять кровоточила, одежда давно покрылась заскорузлой коркой, а в номере даже мыла не оказалось. Я кое-как отмыла длинные волосы; проще было бы срезать, но ножниц тоже не нашла.

Пытаясь не вспоминать Джоша, чтобы не злиться, я села на кровать и задумалась. Сначала найду работу, а вот поиск племянника Курта придется отложить: для того, чтобы кому-то помочь, самой нужно потверже стоять на ногах.